Автор
Роман взахален, но как только ты встречаешь первую женщину на земле после длительного плавания в открытом море, она кажется невероятно привлекательной. Как брат, ты соглашаешься на незапланированную встречу с неудачницей из приложения, которую считал самой страшной женщиной в мире....
После я остался без сил, хотел обнять её, прижать, но Лика отодвинулась на край кровати, прошептала, что ей жарко, отвернулась…
Мне бы тогда, мудаку, понять, что что-то не так!
И вот утром мы снова стоим на своей пристани, понимая, что катера нашего нет. А в бензобак моторки она воды налила и резину в нескольких местах проткнула, видимо, чтобы наверняка.
С одной стороны у нас был порыв сразу за ней рвануть — но на чём? Не вплавь же? Да, конечно, можно вызвать кого-то из береговой охраны, или того инструктора, который тогда помогал Лике с водными лыжами.
Но, с другой стороны… Мы же сами хотели её отпустить? Вот и отпустили, так получается, да?
Просто… молча берем бутылку вискаря. Без закуски. Падаем на балконе, где так любила сидеть наша Шапочка вкусная. Прямо из горла давим пойло, передавая друг другу.
Уже почти в хламину я таки набираю знакомого мужика, который дежурит у пристани, где мы свой катер оставляем.
Ну, что ж… пусть живёт себе, Красная шапочка, девочка Лика, сладкая как клубника. Пусть будет счастлива. А мы…
Нам совсем скоро в очередное плавание. Месяца на три на этот раз. За три месяца она нас точняк забудет. И пусть. Сами заслужили.
Ну или что, нам бросить работу? Или просить молодую, нежную Лику ждать нас постоянно из плавания? Иногда по полгода бывает, иногда больше… Пипец.
Блядь.
— Да ну, Влад, на хуй… Что за… Чего мы сидим тут, два мудака, когда она там… а хрен знает, на какой машине она вообще уехала? А вдруг опять какой-нибудь Хрюндель ее того, а?
— Нормально с ней все, — отвечаю брату, хотя сам не очень в это верю. — Мы договорились отпустить? Мы отпустили. Бабла потом еще подкинем, если надо будет.
— Бабла? Ты что, Влад, сука, не понимаешь, что мы… Мы же ее как шлюху…
— Хорошая шлюха. На полтора лимона нас раскрутила. То есть на миллион шестьсот… тачку можно взять. — говорю, голова гудит, хотя бухим себя не чувствую. Несчастным, сука, чувствую. Злость на самого себя долбит.
— Что ты сказал? Ну ты мудозвон, братишка. Капец, конченный. и я хуя ли я повелся на твои разговоры… Отпустить, блядь, мы ей не подходим.
