Автор
Роман взахален, но как только ты встречаешь первую женщину на земле после длительного плавания в открытом море, она кажется невероятно привлекательной. Как брат, ты соглашаешься на незапланированную встречу с неудачницей из приложения, которую считал самой страшной женщиной в мире....
— Хватит, мадам! Уймитесь!
— Рот закрой, умник! Еще не остыл!
— Бабушка, честное слово, мы уже всё поняли!
— Какая я тебе бабушка! А ну? Встали ровно!
Они уже вымокли насквозь, чертыхаются, видимо, стесняясь материться перед бабулей. Я смотрю на это действо и понимаю — мне, на самом деле, ледяной душ тоже бы не помешал!
Я горю! После оргазма меня до сих пор не кисло так потряхивает. Ноги сводит, и низ живота ноет. Какой стыд!
Ох, что бы было, если бы бабуля не объявилась!
Зажмуриваюсь, чтобы прогнать порочное видение, но всё равно не могу.
Теряюсь в ощущениях. Мне было так обидно, что они мне не верят! Почему они считают меня обманщицей? Почему так относятся?
Да, я сбежала от них, взяла деньги, но я была вынуждена!
Крики прекращаются, вижу, что Катя метнулась в дом, Роман и Влад отряхиваются от воды, они явно злятся, но смотрят друг на друга и почему-то начинают ржать.
— Да уж… я этот сбор клубники надолго запомню!
Влад поворачивается, видит меня.
— Ясно, в кого девица такая горячая…
— Это точно.
— Слышь, шапочка, только не думай, что отвертелась от нас, мы…
— А ну молчать! — грозный голос Кати заставляет их обернуться.
Господи!
Катя держит… настоящее охотничье ружье! Двухстволку! Она новенькая, начищенная, выглядит довольно грозно.
— Руки! Руки вверх!
— Уважаемая, — Влад осторожно поднимает руки, переглядывается с Романом, который тоже подчиняется бабушке, но почему-то не выглядит испуганным, — с оружием шутить не стоит.
— А я и не шучу. Приложу, мало не покажется. И заряжено оно не солью, так что… Стратегически важное вам все могу отстрелить. Не сомневайтесь.
— Да мы уж, поняли!
— На выход. Быстро! Еще раз сунетесь — учтите, патронов мало, так что предупредительных выстрелов не будет, сразу возьму ваше хозяйство в прицел.
— Какая вы, однако…
— Такая. Давайте, вперед, ворота открыты. и чтобы не смели возвращаться.
Они покорно выходят, опуская руки только за воротами, но я замечаю на себе их прожигающие взгляды. Не уверена, что они сдадутся так просто. Они вернутся.
Эта мысль пугает и… одновременно отзывается где-то внизу живота порочным трепетом.
— Анжелика батьковна, давай-ка тоже, дуй домой. Чую, варенья клубничного не сварю сегодня.
— Кать, я…
— В дом иди, сверкаешь тут грязным задом. Сначала в душ, потом в комнату, расскажешь всё.
