Переосмысление классических литературных архетипов и романтических клише. Автор раскрывает скрытые мотивы знакомых нам персонажей: кардиналов и королев, принцев и красавиц. За привычными образами открываются неожиданные глубины человеческой природы, страстей и противоречий, разрушающих миф...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Красное на красном» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Переосмысление классических литературных архетипов и романтических клише. Автор раскрывает скрытые мотивы знакомых нам персонажей: кардиналов и королев, принцев и красавиц. За привычными образами открываются неожиданные глубины человеческой природы, страстей и противоречий, разрушающих миф...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Переосмысление классических литературных архетипов и романтических клише. Автор раскрывает скрытые мотивы знакомых нам персонажей: кардиналов и королев, принцев и красавиц. За привычными образами открываются неожиданные глубины человеческой природы, страстей и противоречий, разрушающих миф...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мчавшиеся сзади всадники побогаче не могли или не хотели сдерживать лошадей и сбивали бедных и жадных. Лишившиеся еще до схватки наездников кони бестолково носились по полю, внося свой вклад в и так немалую суматоху. Казароны, еще не вступив в бой, разделились на три части, спутали ряды и умудрились передавить друг друга, хотя их все равно оставалось во много раз больше, чем талигойцев.
– Мой казар, – Луллак дрожал, как охотничий пес, – самое время… Мы должны их взять!
– Их возьмет Туххуп, – пожал плечами Адгемар. – Или погибнет, сражаясь за Кагету. Это прекрасная смерть.
Глава 4
Кагета. Дарамское поле
398 год К.С. 6-й день Осенних Ветров
1"
"Дикон смотрел на Савиньяка, а Савиньяк лежал на спине и жевал травинку. Роща, в которой кавалерия дожидалась своего часа, была мирной, тенистой и удивительно уютной. Если б деревья и кусты могли говорить, они бы искренне возмутились, что какие-то двуногие, которым и жить-то отпущено всего ничего, заявились в такое чудесное место убивать друг друга. Сона, позвякивая удилами, ощипывала невысокий, увешанный мягкими стручками кустик, другие лошади тоже не теряли времени даром. Ричард понимал, что сейчас полкам Савиньяка предстоит бой с врагом, который превосходит их в десятки раз, но в это как-то не верилось.
Последняя неделя вообще казалась сном. Ночной бой, кагетское золото, прощание с Вейзелем, Бадильо и бакранами, стремительный переход к Дараме навстречу стотысячной армии. Окделл был уверен в поражении, Савиньяк сомневался в победе, но солдаты свято верили в счастливую звезду Алвы и смеялись над сбежавшими от размалеванных козлов седунами. Случайные победы опьяняют, отец не раз это говорил, но была ли победа в ущелье случайной? Вряд ли, ведь ее готовили два месяца!
Бешеный стук копыт, ворвавшийся в шорох листьев, птичий щебет и звон ручья, показался грубым и оскорбительно неуместным. Всадник осадил взмыленного коня у самых сапог Эмиля Савиньяка. Дик узнал гонца – один из адуанов Шеманталя. Глаза варастийца азартно блестели, он был напряжен, словно вставшая на кровавый след охотничья собака. Гнедой, с белой звездочкой на лбу мерин таможенника выразительно косился на ручей, хоть и знал, что пить после галопа ему никто не даст.
– Идут? – поднял бровь Эмиль, явно подражая маршалу. Это какое-то проклятие, все, кто узнает Рокэ Алву, перенимают его манеры.
– Скачут, – хмыкнул таможенник. – Вприпрыжку.
– Сколько?
– Было много. – Таможенник погладил гнедого между ушей. В конской гриве запуталось несколько колец, и всё. Огюст – так, кажется, звали гонца – Древо урожая[118] больше не напоминал. – Размазались, уроды, как сопли по рукаву.
