В красном доме живут семь братьев и сестры. Каждый имеет свой секрет, каждый охвачен страхом или надеждой. Это роман о стремлении к свету через мрак, об уроках, которые приносит жизнь в ее самых злобных формах. В красном доме происходит то, что только могла бы разыграть сама природа....
– Но вы тут, так что я оказался именно там и тогда, где хотел.
– Я рад. – Алва ослепительно улыбнулся. Так вот отчего ухмылка Зеленоглазого казалась такой знакомой. Сон был пророческим, просто он его не понял… – Не думаю, что вам так уж хочется видеть Оллара. Ступайте к герцогине, я дам вам провожатых, а вечером мы все обсудим.
«Все обсудим?» Нечего им больше обсуждать. Нечего! Убийца и предатель, у которого хватает наглости делать вид, что ничего не случилось. Хотя откуда у этой твари совесть?! «Не поворачивайся спиной к мориску»! А они повернулись, и Эрнани, и Шарло, и он сам… Приняли выродка за Человека Чести!
– Ответьте только на один вопрос.
– Не здесь. – На точеном лице проступила досада. – Его убил я, но…
Кинжал Алана не дал убийце закончить. В черных глазах мелькнуло удивление и… и что-то еще. Не страх, не боль и не раскаянье… Зажимая рукой рану, Алва, шатаясь, опустился на ковер, алая ткань сливалась с кровью, делая ее незаметной.
– Алан, – Рамиро заговорил быстро, глотая слова, – вы глупец… Эрнани… Неважно… Главное, что… – Он осекся на полуслове, давешний здоровяк навалился на Окделла, заламывая ему руки, и почти сразу же раздался властный голос:
– Что тут происходит?!
Франциск Оллар не мог бы выбрать для своего появления более уместного момента. Среднего роста, коренастый и очень сильный, он вошел в приемную Раканов, как входят к себе домой. Чтобы понять, в чем дело, бастарду хватило одного взгляда.
– Вижу!
Не обращая внимания ни на кого, марагонец опустился на одно колено перед Рамиро и взял его за руку.
– Вы – Первый маршал Тали́га и герцог Кэналлоа.
– Нет, Франциск, – Алва все-таки улыбнулся, – я мертвец… Неплохой маршал выйдет из Эпинэ… если вы его укротите… Вернее, убедите, что Талигойя не кончилась, а начинается… Савиньяк тоже неплох… Берхайм – дурак, Карлион и Гонт – тем более…
– Я поговорю с Эпинэ. – Голос нового короля был уверенным и спокойным.
– Моя жена… и ребенок… Он должен вот-вот родиться… Отродью предателя придется несладко…
– Первый маршал Талига не может быть предателем.
– Не может… но есть, – губы кэналлийца искривила последняя в его жизни усмешка, – однако я… не жалею… почти…
Оллар сорвал с плеч плащ, накрыл убитого и повернулся к своим людям.
– Как это было?
Высокий человек грубоватой наружности выступил вперед.
