Днем лес казался приветливым и сказочным: высокие сосны, пушистые ели, стройные гордые березы, держащиеся друг за друга позолоченными кронами, и столпы солнечного света всюду, и много яркой сочной зелени, играющей разными оттенками. Ночью же лес становился совсем другим; в нем все еще оставался легкий налет сказочности, только если днем сказка эта была добрая и светлая, то ночью – злая и страшная. Лунный холодный свет сочился между черными деревьями и тонул в угольных тенях, то замерших, готовых к прыжку, то покачивающихся в такт ветру. Деревья, казалось, съежились, сгорбились, постарели и безмолвно выдыхали, шелестя острыми ветвями с потемневшей листвой. Вдалеке недовольно ухала сова.
Яр, упрямо сдвинув брови, шагал по тонкой тропинке за Карлом, не понимая, зачем делает это. Возможно, вперед его гнал азарт, возможно – желание найти компромат на немца. К тому же все происходящее казалось ему игрой. И Яр беззвучно шел вперед, следуя за дрожащим светом фонаря в руке Карла.
Шли они недолго. Спустя несколько минут фонарь погас, и Ярослав не сразу сообразил, что немец свернул с тропинки. Пришлось пробиваться сквозь колючие ветви следом за ним, сражаясь с паутиной.
Зато вскоре Яру открылась дивная картина. Карл сидел на небольшой полянке, окруженной елками, как забором, скрестив ноги и закрыв глаза. Прямо над ним повисла печальная тяжелая луна; ее же тусклый свет освещал немца, придавая коже болезненную бледность. В руке он что-то держал, но Яр не разглядел, что именно. Кажется, его губы беззвучно шевелились, словно мужчина что-то шептал.
«И что он тут делает? В космос улететь собрался?» – удивленно подумал Ярослав, осторожно выглядывая из-за елки, которая мстительно колола его пушистыми размашистыми лапами. Под ногой Зарецкого, который оцарапал колени и разодрал в кровь руку, не вовремя хрустнула ветка.
Немец тотчас открыл глаза и повернулся в сторону Ярослава. Ему показалось даже, что смотрит он прямо на него.
– Выходи, – сказал Карл громко. Впрочем, в его голосе было ледяное спокойствие. Ярослав тотчас захотел убежать, чтобы не встречаться с немцем лицом к лицу, однако какой-то невиданной силой его буквально выдернуло на поляну.
– Доброй ночи, – вежливо поприветствовал дядю Полины Ярослав. Он уже встал на ноги и спрятал обе руки в карманах спортивной фирменной кофты.
– Ночь доброй не бывает.
– Вам лучше знать. Чем вы тут занимаетесь? – поинтересовался Зарецкий.
– Энергетические практики, – невозмутимо ответил Карл, перепутав падеж.
– Вы в это верите? – с недоумением спросил Ярослав. Из энергетических он пробовал только напитки.
– А ты? – пристально взглянул на него немец.
– Я же не дурак, – в голосе парня появилось самодовольство.