Количество агрессии в мою сторону, посылаемой Олегом, увеличилось вдвое. Казалось, он готов подойти ко мне и отвесить пару хороших пинков. Раньше столь трогательная забота обо мне меня бы умилила, теперь же только злила.
– Ты же сама хотела, – с напором сказала я. – В уединенное местечко.
– Зачем? – не поняла Алсу.
– А, ну да. Точно. Он мне так нравится.
Пока все обалдело молчали, Зарецкий косо улыбнулся, подмигнул мне зачем-то по очереди обоими глазами и заявил все тем же тоненьким голоском:
– Мы встречаемся, чуваки.
«Чуваки» в лице Олега, Алсу и Карла, который смотрел на мое тело, и, кажется, не понял смысл этого сленгового обращения, явно удивились. Меня тоже настигло чувство, похожее на искреннее недоумение, смешанное с желанием душить. Вот же Енот Адольфыч! Даже в чужом теле его мерзкая натура проявляется!
– То есть ты убежала… – начала было Алсу.
– В моих кедах! – встрял Олег, и я только заметила, что обут он был в обувь Дана. Видимо, подруга не разрешила бежать ему босиком.
– … к нему? – кивнула на меня Алсу.
– Я просто опаздывал… а на встречу с любимым, – потупил взгляд Зарецкий. Издевается, скотина?!
– Дело в том, что это было спонтанное решение, – не смогла промолчать и я, возмущенная до предела. – Мы совсем недавно поняли, что друг без друга нам будет… тяжело.
И я не кривила душой. После того, что с нами произошло, мы должны быть вместе, как неразлучники, если хотим вернуть все обратно. По крайней мере, мне так казалось. Отпускать Ярика от себя я не собиралась до тех пор, пока он не вернет мне мое тело.
– Сегодня ночью поняли, – зачем-то уточнил Зарецкий и хихикнул. Подленько так.
– Это был просто разговор, – поспешила вставить я, но поняла, что друзья думают иначе.
– Ты такой классный, – широко улыбнулся моими губами Зарецкий. – Мне так понравился наш… разговор.
Мне все сильнее хотелось его треснуть. Кровь в венах закипала. И, несмотря на то, что кровь была чужой, яростью я испытывала собственную
Карл приподнял бровь, видимо, не совсем понимая, что происходит. Алсу потрясенно молчала. Даже Олег не находил, что сказать, только лыбился. Мол, наконец, и Наська нашла себе парня. Убогого, конечно, но хоть какого-то. Теперь может вволю тиранить его."
"– Мы вам помешали, – раздался в лесной тиши спокойный голос Карла, который сориентировался первым. – Это не входило в наши планы. Прошу извинить, Анастасия, мы всего лишь волновались за тебя, – добавил он уже на немецком. И поняла его только я.
Он смотрел на мое тело, чуть склонив голову набок, как-то странно, с интересом, которого раньше в его темных пронзительных глазах не было. Вернее, этот интерес был иным, дружеским, едва заметным, к моей досаде. Теперь же что-то поменялось. Зарецкий, кажется, это чувствовал и старался не смотреть на немца.