Автор
Сидел в кафе с закинутой ногой на столе, постукивая тонкими пальцами по нему. Уже вторая чашечка эспрессо – раньше не любимая, но теперь почти священная для Яру. Каждый кофе придавал ему новую энергию и мысль, как бы ни уставал он в этот жаркий день.
– Ярослав, помоги!!! – громко кричала Даша, хватаясь за кованую решетку балкончика. – Помоги мне! Я падаю!
Яростный ветер трепал ее волосы и, казалось, кричал Яру в лицо, заставляя остановиться:
«Спаси Настю! Спаси вас обоих! Спаси до захода солнца!»
– Помоги мне! Я не хочу умирать, пожалуйста! – голос Даши срывался, как и ее скользящие по железу руки.
«Она… она уже мертва», – шептали последние лучи заходящего солнца, падавшие на плечи Ярославу.
– Брат! Братик! Где ты?
«Твоей сестры больше нет», – шелестел холод черных камней.
– Помоги мне! Не бросай!
«Ты уже не поможешь ей. Иллюзиям нельзя помочь», – с горечью пропел хрустальный гроб за его спиной.
Он, не чувствуя тела, подскочил к висящей над пропастью Даше и протянул руку, а слово «иллюзии» потянуло за собой вереницу воспоминаний, нечетких и путающихся, и в голове Ярослава вдруг раздался звенящий и плавный голос той, что звалась Браслетом:
«…ты должен помнить, что все это – иллюзия. Победа над иллюзиями – это победа над своим страхом.
Почему-то он вдруг вспомнил, что когда сестра уходила из дома в тот день, ее ногти были другими – с облупленным розовым лаком, который она не успела снять. Любимый синий костюм – в стирке. А сережку-гвоздик она потеряла за день до гибели.
Лицо Ярослава облепила паутина страха.
Эта Дашка была слишком настоящей, чтобы быть живой.
А может, он просто хотел, чтобы сестра была живой. И вместо реальности видел очередную иллюзию – самую страшную и опасную."
"Ярослав только что нарушил правило – оглянулся. Он оглянулся назад, на прошлое, посмотрел в глаза своим страхам, и они вновь едва не забрали его с собой.
Кончики пальцев Ярослава коснулись руки Даши, и он тотчас одернул их, будто обжегся.
– Помоги мне, – проскулила она жалобно. – Братик…
Нет, это не его Даша. Его Даша уже знакома с пропастью и ее ледяными ветрами. А эта – эта хочет, чтобы с пропастью познакомился он.
Яр выпрямился, глядя на сестру слезящимися глазами. Он не подаст прошлому руку. Больше не обернется на него. Будет идти вперед.
В глазах Даши мигнули вдруг алые огни, черты лица удлинились, заострились, вместо розовых аккуратных ногтей появились черные хищные когти.
