В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
На всех сайтах также было уже отдельное утреннее сообщение, что одно из тел бандитов удалось идентифицировать, несмотря на физические повреждения, затрудняющие процесс идентификации. Это оказался наемник, гражданин Финляндии азербайджанского происхождения, бывший сотрудник сил безопасности Финляндии. Другие тела пока не идентифицированы. Каких-либо удостоверений личности ни при одном из бандитов не оказалось.
Вот и все, что было сказано общественности. В принципе этого достаточно, чтобы кто-то из полицейских получил или награды, или повышение в звании, против чего капитан Шереметев вовсе не возражал.
Больше всего радовало, что такая информация никоим образом, как думалось, не мешала планам капитана.
Только вернувшись в канцелярию, закрыв плотно дверь и усаживаясь за свой стол, Григорий Владимирович вспомнил про свою спину, которая утром сковывала его движения. Собачий пояс все еще был на нем, но это совершенно забылось, хотя пояс был слегка колючим. Однако кожа, видимо, к поясу уже привыкла, и колючесть не мешала. Спина уже не болела, но снимать пояс капитан не стал. Нужно долечить травму до конца и проносить это спасительное средство сутки без перерыва, иначе спина может подвести в самый неподходящий момент.
Первое, за что он взялся, это за дописание последнего письма родителям погибшего солдата. Привычный в армии к лаконичности, Григорий Владимирович подолгу искал слова, которые не будут стандартными и покажут родителям, что и товарищи, и командование части скорбят вместе с ними, что для них это тоже большая потеря.
