В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
И все это Шамсутдин красочно рассказал профессору по телефону. Тот звонок был совершен еще до того, как спецназ покинул казарму, поэтому Григорий Владимирович знал о нем и с удовольствием подтверждал все, что Шамсутдин видел.
– А где вы, в каком месте?
– Вечером летали над хребтом, искали горных баранов. Вертолетчик сказал, что они здесь встречаются. Но ничего не нашли. Потом увидели полянку, где вертолету было удобно приземлиться, и там устроились. Скоро, наверное, снова полетим. Мои «генералы» уже проснулись.
– Вертолет-то у вас, надеюсь, транспортный?
– Нет, боевой.
– Вы мне обещаете, что ракетами по моей стае стрелять не будете?
– Разве я могу обещать за кого-то? Но я не думаю, что такая охота может быть кому-то интересна. Да, мне показалось, что вертолет почти не вооружен. Ракет я, по крайней мере, не видел. Правда, я и не присматривался. А вы как?
– Я в Лондон только ночью прилетел и лишь недавно до дома добрался.
– Завидую вам. Всегда вольным птицам завидовал, летят, куда хотят. Вот волкам не завидую. Ни серым, ни красным. Эти и бегут, куда хотят, но почти всегда под прицелом. Как в Лондоне с погодой?"
"– Тумана, слава Аллаху, нет, хотя сезон туманов в разгаре.
– Договорились, Исмаил Эльбрусович. Сообщу…
Согласно плану операции, когда взлетает вертолет, пилоты дают сигнал ракетами в две стороны долины. Это значит, что оба взвода спецназа должны начать неторопливое движение навстречу друг другу, чтобы теснее зажать бандитов и лишить их минимального маневра.
