В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
Как прекрасна сегодня ночь! Теперь, когда он мог просто стоять и любоваться ею, сам распоряжаясь собой, она казалась ему втройне обворожительней.
«Интересно, — подумал вдруг Дарон, — какой Дар Крови я получил?» Когда он был жив, то слышал легенды о вампирах, и в них говорилось, что, обретая свободу от Хозяина, носферату получает особую способность, делающую его уникальным даже среди ему подобных. Дарон не знал, правда ли это, равно как не представлял, каким образом выяснить, что же именно он получил в подарок от ночи.
Втянув воздух, он мысленно рассортировал и перебрал проникшие в лёгкие запахи и спустя несколько секунд разочарованно хмыкнул. Как и прежде, среди них не было ничего, напоминающего тёплую живую кровь — только сладковатый смрад мертвечины.
Дарон пошёл между деревьями по направлению к дороге, ведущей на север. Он не знал, зачем делает это. Теперь его вёл не зов Хозяина, но голод, и он слушался его, как звери подчиняются своим инстинктам.
Несколько часов он шёл по лесу, затем по дороге, пока не учуял запах навоза. В тот же миг Дарон различил на земле следы удивительного существа. Не местного. С окружающей фауной вампир был хорошо знаком. Это же чудище явилось из иных земель. И к его запаху примешивался аромат человечины. Всадник приехал недавно, всего пару дней назад.
Дарон пустился бегом, делая широкие шаги, время от времени перелетая целые участки дороги. Он должен настичь путника, даже если для этого ему придётся прятаться от солнца в чьём-нибудь подвале.
