В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
— Наконец-то, до него дошло! Именно так, и ты должен был стать моим ужином. Отдайте его мне! — зашипел он вдруг, низко приседая, словно изготавливаясь к прыжку.
Эл отреагировал мгновенно. Подхватив длинный кол, он вскочил на ноги и встал между вампиром и Йольмом. Носферату со свистом выдохнул воздух и уставился вспыхнувшими от злобы глазами на осиновое острие. Затем медленно распрямился и, мрачно усмехнувшись, сказал:
— Хорошо, шутки кончились! Мне надоело с вами играть, теперь будет охота.
— Ты — зло! — воскликнул пришедший в себя Йольм. — Возвращайся к себе в могилу!
— Размечтался! — огрызнулся Дарон. — Если кому и пора на кладбище, так тебе!
— Дитя тьмы! — пробормотал старик. — Разве мало бедствий видел Вайтандар, что его землю топчут подобные тебе⁈
— Тьма? — насмешливо переспросил Дарон. — Что в ней плохого? Почему ты зовёшь злом то, о чем не имеешь ни малейшего представления? Разве ты видишь звёзды при свете солнца? Не тьма ли позволяет тебе наблюдать за луной? Ты говоришь так, потому что боишься.
— Кажется, на нас открыли охоту! — невесело усмехнулся Ирд.
— Не стоит отчаиваться, — отозвался Эл. — Даже у львов бывают голодные дни.
— Хотел бы я, чтобы это был лев, — сказал Ирд.
— Не бойся его. Он не так силён, как думает.
— И всё же вампиры опасны, — Ирд покачал головой. — Почему ты не боишься?
— Дело не в том, насколько силён противник, а в том, насколько сильно твоё желание победить.Оно даётся тебе при рождении, и его нельзя изменить или приобрести. Ты тот, кто ты есть, и никто иной, всё остальное — маска, которая слетает в момент настоящей опасности.
