В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
Демоноборец отвязал лодку, сел в неё и, подняв со дна двустороннее весло, медленно поплыл, стараясь грести так, чтобы вода не плескалась. Через несколько минут его окружил туман, но он стелился над водой и выше не поднимался. Эл приблизился к центру озера, и нос лодки слегка стукнулся о столб. Выбравшись на узкую ступеньку, некромант занялся замком на двери.
Глава 7
Замок был стальной — чтобы избежать ржавчины. При помощи эктоплазмы Эл быстро отпер его и бросил в воду. Отворив дверь, он проскользнул внутрь. Было темно, однако это не мешало замечательным глазам демоноборца видеть.
Осмотревшись, Эл увидел справа небольшой рычаг. Решив, что это манипулятор подъёмника, Легионер закрыл дверь и нажал на него. Пол дёрнулся и со скрежетом пополз вниз. Со всех сторон доносились лязг тросов и стук шестерёнок. Через минуту всё прекратилось, и некромант оказался перед ещё одной дверью. Из-за неё доносились голоса.
Эл вынул из ножен меч и рывком распахнул дверь.
Двое охранников испуганно обернулись и замерли от удивления на целую секунду.
Однако сигнал тревоги уже прозвучал, и поделать с этим ничего было нельзя.
Легионер ворвался в зал, наполненный оружием и доспехами. В грудь ему тотчас вонзились две арбалетные стрелы. От резкого толчка Эл остановился.
К нему бежали охранники с мечами в руках. Арбалеты они отбросили, собираясь вступить в рукопашную.
Отразив первый удар, Эл увернулся от второго, нырнул под руку одного из охранников, полоснул его по шее, закрылся покрытым наручнем предплечьем от направленного в лицо удара и рубанул противника поперёк живота. Оттолкнув труп, некромант бросился к лестнице, на ходу вытаскивая из груди стрелы.
Эл поднимался по ступенькам, которым, казалось, не было конца — верх лестницы терялся в темноте.
