В темном лабиринте замка Ирдегуса, где время медленно растворялось в бездонной тьме, внезапно появился гигантский паук. Его желеобразное тело покрыто тёмно-синими волосами и острыми шипами, нити его слюны — резким зелёным цветом и с нестерпимым запахом. Когда колдун бросился к треножнику, на его плечи взвыла чудовищная змея, готовая поглотить его в объятиях красных вратах смерти....
Но я надеюсь, что он преодолеет свою жажду крови и решит ограничиться Лиардом. Мне бы хотелось сохранить б о льшую часть армии для будущих походов.
— Моё предсказание очень неточно, — проговорил Ирдегус, возвращаясь к стулу и тяжело опускаясь на него. — Возможно, переправка войск на юг будет лишь потерей драгоценного времени. Пусть решит Рогбольд.
— Я уже дал согласие, — сказал Грингфельд.
— Очень хорошо, — Ирдегус хотел, чтобы вампир ушёл, и у него появилась возможность потребовать чашу с розовым дымом.
При Грингфельде он не хотел посылать за ней — пусть носферату думает, что ему стало лучше.
— Мне пора, — сообщил носферату, взглянув на колдуна. — Дай знать, когда твоя марионетка примет решение.
— Я тотчас оповещу тебя, — отозвался Ирдегус.
Как только вампир вышел из комнаты, колдун послал слугу за чашей с фимиамом. Боль, ушедшая на время транса, вернулась и пронзала всё тело миллионами раскалённых игл.
Глава 35
Рогбольд сидел на толстом бревне и потягивал из кубка подогретое вино с пряностями.
Лазутчики доносили, что этот план вполне осуществим."
"Рогбольд положил ладонь на эфес Найгдара и почувствовал, как по руке заструилась энергия.
