Утром на берегу озера был накрыт стол. Юрий наблюдал за тем, как Сталин просматривает «Правду».
– Как они могут такое печатать? – неожиданно рассердился он и прочитал вслух: – «Да здравствует товарищ Сталин, вождь всех народов!»
И он с отвращением отбросил газету.
На Рице Сталин развлекал старых друзей. Они очень хотели поскорее уехать, но пользуясь моментом, жаловались на ставшую притчей во языцех коррупцию мингрелов.
Затем Сталин вернулся на дачу в Новом Афоне, позвонил Мгеладзе и спросил, сможет ли он добраться до него за семнадцать минут. Честолюбивый хозяин Абхазии почувствовал, что долгие часы разговоров по душам со Сталиным, похоже, начинают приносить плоды. Он домчался до дачи за рекордные пятнадцать минут и наконец сумел убедить Сталина, что Кандид Чарквиани превратил Грузию в «бордель».
Иосиф Виссарионович вызвал начальника МГБ Грузии Рухадзе, страшного грубияна и сквернослова.
– Мингрелам сейчас совсем нельзя доверять, – заявил Сталин чекисту.
Рухадзе арестовал тысячи мингрелов, но Сталину этого было мало. Он хотел уничтожить «Большого мингрела», Лаврентия Берию.
«Берия стал очень претенциозным, – считал вождь. – Он изменился. Сейчас он не такой, каким был раньше. Товарищи, которые обедают с ним, говорят, что он превратился в настоящего буржуа». Никита Хрущев думал, что Сталин боялся Берию. Он бы с радостью избавился от него, но не знал, как это сделать. Вождь чувствовал, что Берия становится слишком популярным.
– Берия очень злобный и хитрый, – как-то сказал он. – Политбюро ему доверяет, члены политбюро его даже защищают. Они не понимают, что он обманывает их. Например, Вячеслав и Лазарь. Мне кажется, они собираются ставить на Берию. Но у него есть предел. В свое время он отлично работал и справлялся с поставленными задачами, но сейчас я не уверен, что он правильно пользуется своей властью. – Затем Сталин вспомнил: – Жданов и Киров относились к Берии плохо. Мы любили его за скромность и эффективность, но с годами он растерял эти качества. Он так и остался полицейским.
Семен Игнатьев прислал в Тифлис шестьдесят следователей МГБ и специалиста по пыткам с чемоданчиком, наполненным специальными инструментами. Сталин позвонил Чарквиани, поздоровался и тут же начал угрожать:
– Вы закрыли глаза на коррупцию, которая процветает в Грузии. У вас плохое будущее, товарищ Чарквиани.
Вождь бросил трубку. Чарквиани был в ужасе.
Семья Берии, Нина и Серго, чувствовали, как вокруг них все туже затягивается петля.
