Автор
Внутри охраняемого территориального лагеря Красный Анклав всё казалось будто привязанным к прошлому, но внезапная встреча с вооружёнными людьми вдали от трассы лишь подчёркивала его незнакомость. Прошлое и настоящее смешивались в этом закрытом мире, где каждый шаг был ответственным....
И, так как у СССР не было пока планов на западных рубежах выходить за пределы Белорусской ССР – это давало надежду, что с того фланга атаки пока можно было не ждать. Бывшие же республики Советского Союза пребывали в политическом ступоре, не способные выработать какой-то внятной позиции. Их возвращение не должно составить труда. На востоке страны тоже хватало белых пятен – Приморский край, Сахалин и Курильская гряда пока оставались хоть и блокированными, но всё ещё не подконтрольными советской власти.
Взор его снова упал на карту линии фронта, где были обозначены актуальные укрепрайоны противника. Продвижение шло хорошими темпами – федералам было нелегко организовать оборону на неожиданном театре военных действий – сценарий, когда угроза шла с Урала много лет не отрабатывался и не рассматривался всерьёз. Да и настроения в российской армии царили мятежные, ведь противник не пришёл из-за границы, не собирался порабощать или уничтожать, а символизировал собой возвращение в страну порядка и надежды на справедливое будущее.
В дверь постучали, после чего на пороге кабинета, скромно ожидая приглашения, появился выделяющийся в этих местах сытой фактурой поздний посетитель.
– Товарищ Павленко, заходите, мне нужно ознакомить вас с оперативной обстановкой прежде, чем вы отбудете в Женеву.
Москва, Кремль"
"Острый гипертонический криз всё же настиг президента и в тайне ото всех непричастных его поместили под домашний уход. Отныне Макарову был дан карт-бланш на любые действия, к вящему неудовольствию министров и силовиков, вынужденных временно ему подчиняться. Премьер-министр первым делом отдал указания о передислокации соединений, находящихся в осаждённом положении на Дальнем Востоке.
