Автор
Внутри охраняемого территориального лагеря Красный Анклав всё казалось будто привязанным к прошлому, но внезапная встреча с вооружёнными людьми вдали от трассы лишь подчёркивала его незнакомость. Прошлое и настоящее смешивались в этом закрытом мире, где каждый шаг был ответственным....
Внутри их встретила картина страшного разрушения — с той стороны шлюза вповалку лежали кучи высохших тел, стены испещряли отверстия от пуль, виднелись следы пожара. Несколько сотен человек, судя по остаткам одежды тут были и гражданские, и военные, сошлись в смертельном бою у выхода из комплекса. Бойцы «30-30» аккуратно перешагивали через мумии мужчин, женщин и детей. Комплекс стал огромным склепом, в котором по документам должно было быть более двух с половиной тысяч человек. Отряд двигался по единственному тоннелю в сторону караульных помещений и КПП, продолжая натыкаться на тела погибших в борьбе людей.
-Капитан, в сети есть питание, реактор еще работает, - доложил один из бойцов.
-Продолжаем движение, всем быть начеку, мы пока не встретили и половины обитателей. Если тут еще есть кто-то живой — думаю они могут быть нам не очень рады.
Группа последовательно пересекала заброшенные помещения — раскуроченный КПП, усеянную телами площадь транспортного узла с остовами сгоревших поездов метро.
Время от времени попадались хорошо освещенные коридоры и помещения, кругом царила грязь, сырость и смерть. Читая настенные надписи, Сергеенко начал понимать, что тут произошло — бунт. Голод, нужда, отсутствие цели — привели к восстанию. Кругом были призывы взломать двери и выйти в мир, проклятья в адрес администрации, требования к солдатам не подчиняться преступным приказам. Тут и там попадались наспех возведенные баррикады, усеянные телами их защитников и штурмующих.
