В середине сентября 1941 года в окрестностях Пскова— где-то в тени сосен и среди колючих кустарников— жители прячутся от немецких солдат. Это не просто сценка военного времени, это история о риске и решимости маленького отряда цыган, которые готовы на все ради выживания в этой глуши....
Похоже, «Красный вервольф 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ну… Что-то вроде восходящего солнца, только без лучей… Как бы объяснить…
— Так на доме культуры и есть! — обрадовано воскликнул Рубин и тут же понизил голос. — Там две колонны, а над ними треугольный такой… Ну… Козырек на крыше. И вот на нем — полукруг. Или ты про другое спрашиваешь, дядя Саша?
— Сам не знаю еще, — сказал я, сворачивая на улицу между двумя заборами. — А здание дома культуры оно как, старое?
— Старое, — вместо Рубина ответил Яшка. — Лет двести ему или больше. Там раньше буржуй какой-то жил, а во время революции он за границу убег, а дом его расфуфыренный под клуб приспособили.
— Далеко до него? — спросил я.
— Да вон же он, стена впереди белеется! — Рубин ткнул пальцем вперед. — Там фонтан еще был, но в него бомба попала…
Со стороны леса раздался шум двигателей. Некогда раздумывать! Фрицам, чтобы в деревню въехать, надо будет шесть дворов обогнуть, по-другому не получится, но если они нас заметят, то лениться точно не будут.
— Пошевеливаемся тогда! — прошептал я и, пригнувшись, чтобы скрыться в тени забора, заспешил к белеющей впереди стене.
Окна и парадная дверь заколочены крест накрест досками. На правой колонне — ровный след выщерблин от автоматной очереди. Ступени крыльца полуразрушены, как и парапет. Но в целом здание не пострадало. А на портике и впрямь полукруг. Будто хотели в него дату вписать, но или не успели, или передумали, или не сошлись во мнениях, к какому году это здание причислить.
— В окно можно сбоку, — сказал Рубин и ткнул пальцем. Стекла в раме не было.
— Яшка, давай вперед, — скомандовал я, присел и подставил руки так, чтобы он мог наступить на них, как на ступеньку. — Потом поможешь Льву Борисовичу.
Рубин с готовностью пристроился напротив меня, чтобы помочь. Яшка нырнул в оконный проем, постанывая от боли в раненой руке.
— Порядок, — раздался его голос. — Лев Борисович, давайте!
Доктор неуклюже облокотился на мое плечо, наступил ботинком на руку и что-то пробормотал.
— Теперь ты, — я мотнул головой, Рубин кивнул и ужом забрался внутрь. А звук моторов становился все ближе. Бл*ха, их что ли больше стало? Сюда едут, или все-таки мимо? В темноте хрен определишь!
Я нырнул в пыльную темноту деревенского дома культуры.
