Автор
В тьмы проваленных колец — где лишь что раздавались истошные крики, теперь наступила мертвая тишина. Взгляды черных дыр оскальзиваются и бешено сверкают красным огнем, как ужасающий вервольф в страшной сказке. Марта уже не могла говорить, лишь падала, таясь в кровавых бессильных судорогах, но я не мог оставить ее....
Похоже, «Красный вервольф 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И все они заглядывали графу в рот и внимали каждому его слову.
Военные искусствоведы, бл*ха… Красиво фашики грабителей-мародеров обозвали. Специалисты по сортировке награбленного. Главная задача этих троих — сортировать захапанное по степени ценности, используя для этих целей свое высшее искусствоведческое образование. Хотя на вид они обычные эсэсовцы. При нашивках, наградах, звании и прочей мишуре.
Их разговор я не слушал. Сидел, уткнувшись в книгу носом, и делал вид, что читаю.
В составе этого поезда был только один вагон «для белых», тот самый, в котором мы ехали.
Я снова отхлебнул воды и поморщился.
Так. Хорош раскисать, дядя Саша! Нет у тебя ни времени, ни возможности грамотно и по всей программе раскиснуть. И на тоску времени нет. Одна моя давняя знакомая, которая еще не родилась, очень любила присесть мне на уши, доказывая, что мне необходимо посещать психолога. Потому что, мол, если этого не сделать, то все мои проблемы вырвутся наружу, и я окончательно поеду кукухой. Может быть, она в чем-то даже и права. Взять того же «отличника», который одним махом превратился в настоящего законченного шизика.
Я криво ухмыльнулся, представив, как я со своими проблемами являюсь к Кристофу Линдту, психотерапевту из института Геринга, которого занесло в Псков с командой Рашера, но он от всех обвинений как-то ловко увернулся и даже сохранил за собой кабинет и право на практику. На вид — совершеннейший псих. С усами, как у Сальвадора Дали, и все время в шляпе.
Я снова потянулся за водой, но обнаружил, что бутылка пустая. Надо бы подняться и сходить в начало вагона, там стоит несколько ящиков.
Встал, встряхнулся. Почувствовал, что вроде оживаю. Даже как будто мир стал поярче, краски какие-то в нем появились. «Вот видишь, дядя Саша, а ты говоришь, что в психологах толку нет, — подумал я, пробираясь в головную часть вагона.
