Автор
В тьмы проваленных колец — где лишь что раздавались истошные крики, теперь наступила мертвая тишина. Взгляды черных дыр оскальзиваются и бешено сверкают красным огнем, как ужасающий вервольф в страшной сказке. Марта уже не могла говорить, лишь падала, таясь в кровавых бессильных судорогах, но я не мог оставить ее.
Похоже, «Красный вервольф 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Темными длинными африканскими вечерами отпечатки неопознанных трупов сверял. Локальную базу свою формировал. Интересно мне было, все ж не бухать. Вот и повадился я помогать ему любопытства ради. Так и освоил нехитрое умение сличать папиллярные узоры.
Это на первый взгляд кажется наукой сложной, но там ничего сверхъестественного. Сначала определяешь тип узора — дуговой, петлевой или завитковый, а потом, если узор бьется, ищешь и сравниваешь частные признаки. Крючки, островки и прочие замысловатости. Вот только с дактилокартой сличать следы просто. А совпадение след-след (кружка-нож) найти, гораздо сложнее. На дактилокарте отпечатки один к одному, прокатаны пальчики со всех сторон. Но мне повезло. И на кружке, и на белой рукояти ножа отлично отобразился большой палец. Причем, там даже признаки особо не пришлось разглядывать. Особый шрам имелся на большом пальце у Степана. Хитрый такой, в виде косого креста из линейных штрихов. Посмотрел на всякий пожарный еще несколько признаков, убедился, что «свой клиент».
Так я и думал… Вот сука… Кто же ты, Стёпушка? Явно не поп. Да и не Степан вовсе… Нехорошо с батюшкой ты поступил, он людям помогал, а ты на тот свет его отправил и смародёрничал. Рясу отнял и крест. А я еще сомневался на твой счет. Сдается мне, что, когда ты мне будешь не нужен, отправлю тебя вслед за батюшкой. Возможно этим же самым ножом.
Я забрал нож и вышел из церкви…
* * *Граф, прикрыв глаза, сидел на табурете посреди зала. Перед ним, на другом табурете, стоял его патефон. Хор моряков отражался эхом от голых стен. Узнать в этом помещении сказочно красивую янтарную комнату было уже невозможно. Все мозаики и панели со стен были сняты, обернуты ватином и бумагой и сложены в ящики. Надо же, всего шесть ящиков. Даже не верится…
Граф слушал «Летучий голландец» Вагнера, Пульман и пара его подручных, стояли, подпирая стену. Иногда переговаривались шепотом. Рабочие просто замерли в тех позах, в которых их музыка и застала. За время работ все успели усвоить, что графу в такие моменты мешать ни в коем случае нельзя. Так что все стояли, не делая резких движений, и ждали, когда пластинка закончится.
— Герр граф! — Пульман рискнул заговорить первым, когда патефонная игла начала ритмично шуршать. — Я уже отдал распоряжение насчет погрузки. Сегодня ночным поездом, как мы и обсуждали?
— Нет! — вдруг резко встрепенулся граф. — Отзовите распоряжение. Груз отправится в Псков завтра! Или нет… Да, все-таки завтра. Уточните, во сколько состав будет готов.
