Автор
Попаданец Александр Волков ведет двойную жизнь в оккупированном Пскове: днем работает переводчиком у немцев, ночью становится легендарным диверсантом Красным Вервольфом. Но когда в город прибывает спецгруппа СС для его поимки, герою предстоит сыграть самую опасную роль в своей жизни.
Похоже, «Красный вервольф 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он водилу отпустил, а сам с нашим гауптманом шнапс трескает, в гости приехал Представляю его рожу, когда его разбудят и скажут, что машину сп*здили!
— Гони, Яков, гони, опаздываем уже, — я посмотрел на наручные часы.
— Успеем — полночь только. Ты говорил в час ночи только весь этот сыр-бор с нападением на грузовик начнется…
— А если грузовик раньше выехал? Заранее надо до места добраться. Этот попик молодых ребят на «гоп-стоп» подбил, только сказал им, что груз — патроны, да жрачка. Не в курсе они, что золото брать будут.
— А почему ты им сам не сказал?
— А кто мне поверит? Степа у них, считай, как замполит. В авторитете. Слушают они его, а меня пытать хотели при первой встрече. Вот и покажем им содержимое добычи на месте, там уже прения сторон попроще будет вести.
— Ага, понял твой план, — закивал Яшка, выруливая из села.
Дорога болтала автомобиль и норовила скинуть его на обочину, но Яшка уверенно гнал «Опель», не сбавляя скорости, даже на самых ухабистых поворотах.
Бах! Ба-бах! Бах! — загремели выстрелы. — Тра-та-та!
— Автомат! — стукнул я кулаком по панели. — Твою мать! Началось! Опаздываем, Яшка! Гони родной!
— Как могу, командир! — парень вцепился в баранку.
Деревья пытались «перебежать» нам дорогу, но Яшка ловко обруливал их, вычерчивая фарами в темноте свободный путь.
Выстрелы все ближе и реже. Не к добру. Неужели все? Так просто отбили грузовик?
Ни хрена не видно. Наконец впереди мелькнул свет фар удаляющегося грузовика.
— Не понял! — воскликнул Яшка. — Они его что? Не остановили?
Неприятное предчувствие кольнуло сердце.
— Не гони, смотри внимательнее, — я чуть ли не уперся головой в лобовое стекло. — Тормози! Видишь?
Я ткнул пальцем в тела на обочине. Скрипнули тормоза, и я выскочил из машины еще на ходу. Возле дороги вперемешку лежат тела немцев и комсомольцев.
— А кто тогда на грузовике уехал? — выдохнул ошарашенный Яшка.
— Я, кажется догадываюсь, — процедил я сквозь стиснутые до зубы.
Где-то сбоку раздался стон. Я поспешил на звук.
— Живой! — воскликнул Яшка.
Это был комсорг. Лежал на спине и силился открыть глаза. В груди две дырочки. Ручейки крови вытекали из них, унося жизнь и питая ненасытную землю.
— Он… Он… — пробормотал раненный. — Он нас предал… Саша, прошу, скажи ребятам, пусть догонят. Это был Степан. Он в меня выстрелил, это был он. Я точно видел.
Парень замолчал, лишившись на какое-то время сил, лишь смотрел на меня глазами, полными мольбы и страданий.
