Автор
На вершине укромной башни я почувствовал приближение незнакомца — тень из сумрака и шепоток предрассветного молчания. Внезапно мой разум заразился пафосным синдреем, как от гения. "Заткнись", — я прикрикнул на графа, вновь выскакивающего из темноты речи. Взять удел Янтарной комнаты мне теперь не светит, ни единой частицы. Прощай, старина граф....
Отличный мужик Юрий Иванович с тем же выражением лица мне может сейчас пулю в башку пустить или голову свернуть… Э, нет, дядя Саша, так не годится! Недооценивать противника — плохая практика, будешь все время считать, что перед тобой лох, прожить можешь недолго и несчастливо. Но и переоценивать тоже не след. Этот Карнаус явно мужик подготовленный, по движениям видно, что с физухой у него все в порядке, но ведь и я не пальцем деланый. Так что.
— Волков, Александр Николаевич, — ответил я.
— Мы с вами, Сан Николаич, практически ровестники, — сказал Карнаус, закинув ногу на ногу.
— Саша сгодится, — усмехнулся я. — Не герром Алексом же вам… тебе меня в самом деле называть.
— Действительно, — Карнаус блеснул зубами в улыбке. — Куришь?
— Нет, — покачал головой я.
— Вот и правильно, — энергично кивнул НКВД-шник. — Я вот тоже бросил. Тогда давай к делу, хорошо?
Юрия интересовал вервольф. Осведомлен о моих «проделках» он был неплохо, иной раз даже лучше, чем я сам.
Но он не только спрашивал. В ответ на мои откровения, рассказал мне пару историй, как селяне из окрестных деревень подхватили тему и даже пару фрицев точно так же после смерти расписали. Мол, дядьки решили так себя обезопасить. Порешили сборщика налогов, потом испугались и придумали, что ежели сделать вид, что это Красный Вервольф тут поработал, то может мимо них пройдет гнев фашистов.
"Тема янтарной комнаты его не интересовала совершенно. Во всяком случае, обо всей этой истории он не задал вообще ни одного вопроса. Только про деятельность Красного Вервольфа.
— А скажи-ка мне, Саша, надолго ты в отряде Слободского задержаться планируешь? — спросил Юра, когда тема вервольфа явно подошла к завершению.
— Еще не знаю, — честно ответил я. — А что?
— Да дельце у меня есть одно, — НКВД-шник расплылся в загадочной улыбке.
