Автор
На вершине укромной башни я почувствовал приближение незнакомца — тень из сумрака и шепоток предрассветного молчания. Внезапно мой разум заразился пафосным синдреем, как от гения. "Заткнись", — я прикрикнул на графа, вновь выскакивающего из темноты речи. Взять удел Янтарной комнаты мне теперь не светит, ни единой частицы. Прощай, старина граф....
И табличка теперь тоже какая-то другая. Не «районная средняя школа номер один», а что-то другое. Не разобрать с этого ракурса. Да еще и замысловатыми готическими буквами, которыми фрицы обычно таблички рисуют. На входе скучают двое охранников. Один даже стул вытащил. Ничего не боятся, гады… Руки зачесались навести шороху в этой благодати. Гранату в окно забросить или еще что.
Дверь открылась, из школы вышло трое эсэсовцев. Жизнерадостные такие. Сели в опель и укатили. Ну ясно, рабочий день у них закончился, а живут в Пскове.
Я прикинул. Часть работников наверняка здесь же и живет. Судя по запахам, которые доносил со стороны здания легкий ветерок, кухня у них тоже работает, как и в школе, когда я там учился. Значит часть народу может и жить там же. Старшие офицеры уезжают, а рядовые сотрудники остаются. Скорее всего, второй этаж школы сделали жилым.
Судя по всему, первый этаж — рабочий, второй — жилой. В принципе, можно рискнуть и забраться внутрь. Тут снаружи такую иллюминацию устроили, что мне будет достаточно света, чтобы осмотреться.
Осталось только дождаться, когда все окна погаснут. Ну или хотя бы почти все. Не ждать же всю ночь одного трудоголика."
"Дверь снова заскрипела. Еще один фриц, пожилой такой эсэсовец. Шарфюрер. Невелика птица. И с ним благообразный старикан с длинной бородой как у Санта-Клауса. Они остановились рядом с часовыми. Фриц достал портсигар.
— Значит вы думаете, герр Бежич, что никакого оборотничества тут нет и быть не может? — спросил немец на неожиданно весьма сносном русском.
— Не буду ничего утверждать, потому как сам не видел, — отозвался старик и взял протянутую шарфюрером сигарету. — Но одна идея у меня на этот счет есть… Особенно после сегодняшних экспериментов.
— И какая же? — оживился фриц.
— Если верно, что человек может поддерживать мысленную связь с собакой, то, возможно, верно и обратное, — сказал дед, закуривая. — Умница Шварци сегодня на наших глазах выполнила несколько мысленных команд.
— Боюсь, что не понял, что вы имеете в виду, — покачал головой пожилой шарфюрер.
— Ну вот смотрите, — приосанившись, произнес старик. — Возьмем соединенную телепатической связью пару — человека и волка. Человек надеялся, что сможет подчинить волка и заставить слушаться, а на деле получается наоборот. Воля волка побеждает, и человек становится… наполовину зверем. Не внешне, нет! А разумом, рассудком.
