Современник, волею судьбы попавший в оккупированный Псков, становится грозой для нацистов. Диверсии, убийства высокопоставленных немцев, смертельные интриги — он делает всё, чтобы приблизить Победу. Враги в страхе называют его Красным Вервольфом.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Красный Вервольф – 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник, волею судьбы попавший в оккупированный Псков, становится грозой для нацистов. Диверсии, убийства высокопоставленных немцев, смертельные интриги — он делает всё, чтобы приблизить Победу. Враги в страхе называют его Красным Вервольфом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник, волею судьбы попавший в оккупированный Псков, становится грозой для нацистов. Диверсии, убийства высокопоставленных немцев, смертельные интриги — он делает всё, чтобы приблизить Победу. Враги в страхе называют его Красным Вервольфом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Красный Вервольф – 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В ней
когда-то была богатая профессорская библиотека, которую немцы конфисковали при аресте
хозяина. Галанина притворила дверь и вопросительно на меня посмотрела.
— Вы знаете эту даму, Марья Серафимовна? — спросил я у нее.
— Да, Василий. Мы вместе кончали Высшие женские курсы в Москве.
— И кто она?
— Урожденная княгиня Шаховская. До войны работала секретарем академика
Вернадского. А что она делает здесь, в Пскове, я не знаю."
"— Это не страшно. Главное, что вы подтверждаете ее личность, Марья Серафимовна…
А теперь не могли бы вы, с Матреной, оставить меня наедине с Шаховской?
— Да, разумеется. Идите в столовую, а мы с Матреной на кухне побудем.
Мы вернулись в столовую и Галанина сразу же увела домработницу на кухню, дескать,
что надо бы перебрать перловую крупу. Я снова уселся за стол. Глотнул остывшего чаю.
Шаховская с увлечением хлебала суп. Мне не хотелось ей мешать, но деваться было некуда.
Чем быстрее я узнаю, с какой целью секретаршу Вернадского забросили во Псков, тем лучше
для дела. И все же я дал ей время вычистить содержимое изысканной фарфоровой миски
досуха.
— От кого вы получили пароль, Анна Дмитриевна? — спросил я.
— От товарища Слободского, — ответила она.
— А как вы узнали меня?
— Вас очень хорошо описала девушка в отряде. Ее зовут Наташа.
У меня на душе потеплело, но виду я не подал.
— Допустим, — сказал я. — К кому вы шли?
— Да вот сюда и шла, — не слишком удивила она меня. — Вернее — к профессору
Галанину. Адрес я знаю, но спасибо, что проводили.
— Понимаю, что это не мое дело, но в оккупированном городе нужно держать ухо
востро. Даже если у вас надежные документы, лучше не попадаться патрулям, особенно —
финским и эстонским полицаям. Сами ведь убедились в этом.
Прочитав эту нотацию, я поднялся.
— Подождите, Василий, — проговорила Шаховская, беря меня за руку и возвращая на
стул. — Я знаю, вам можно доверять. А задание у меня настолько сложное, что в одиночку не
справиться.
— И насколько я понимаю, вас отправили не по линии Главного разведуправления, —
проявил я проницательность.
— Верно, — кивнула княгиня. — Хотя, полагаю, моя миссия согласована с ним.
— Однако у здешней резидентуры своих хлопот полон рот и вам нужен человек,
формально с ней не связанный.
— Вот, видите, вы все понимаете.
— Даже больше, чем вы думаете.
— Тем более… — Шаховская помолчала, видимо, собираясь с мыслями. — В архиве
профессора Галанина хранились важные документы. Они связаны с изысканиями, которые
проводил академик Вернадский еще в двадцатые годы. Речь идет о химическом элементе,
который может стать как топливом для электростанций будущего, так и основой заряда
оружия чрезвычайной мощности.
