Зиверс, оживая от встречи с некоим персонажем из прошлого, поднимает гамму эмоций. Странный фальшивый фюрер обречен быть замешан в кое-какой тайной связанной с графом Сольмс-Лаубахом. В этот момент в штаб-квартире начинается странное молчание, которое несет за собой скрытую опасность и непредвиденный драматический поворот событий....
Похоже, «Красный Вервольф – 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как раз когда я заезжал за Мартой, престарелый князь, обливаясь слезами, вручил мне соответствующий мандат. На железнодорожной станции Подберезье он мне как раз и пригодился.
Немецкий комендант станции, майор Шрахт, смешной лысый толстячок, суетливо вызвался лично сопровождать нас до места, где привезенные из Плескау штрафники собирали, скатившиеся под насыпь, бревна. Майора мы взяли в авто, а охрана двинулась с нами на грузовике и двух мотоциклетах с пулеметами. Ага, выходит, шалят в окрестностях партизаны. Вряд ли это отряд Слободского.
Свернули к узкоколейке. Подъехали к месту, где шли работы. Солдаты высыпали из грузовика, оцепили участок. Нацелили шмайсеры и MG-42 «пилы Гитлера» на опушку леса. Увидев фрицев, рабочие — бабы, старики и подростки — стали шевелиться быстрее. Тяжко им приходилось. Лесины тяжелые сырые. Подорванный рельсовый путь уже восстановили, подогнали новые платформы, взамен тех, что валялись под откосом.
Когда мы с Мартой выбрались из «Опель Капитана», к нам подошел Юхан.
— Эти пезтельники не хотят рапотать, хозяин, — сообщил он.
— Людей накормили? — спросил я.
— Они еще на зарапотали.
— Немедленно отрядить двух баб, пусть кашеварят.
— Слушаюсь, хозяин! — нехотя отозвался он.
— Бумага, которую я тебе дал, цела?
— Та!
— Дай ее мне! — чухонец вынул из кармана вчетверо сложенный лист и отдал ее мне.
Когда Юхан отошел, Марта спросила:
— Это твой приказчик?
— Что-то вроде, — пробурчал я.
— Как у вас, русских, говорят: ему бы подковы гнуть.
— И откуда ты столько про русских знаешь? — удивился я.
— Муж моей тети Лизхен, профессор Бюлов, читает русистику в Гейдельбергском университете. Он много о вас, русских, рассказывал.
— Читал в университете, — хмыкнул я.
— Что ты хочешь этим сказать, милый? Разве дядя Карл умер?
— Надеюсь, что нет. Он здесь, в Плескау, работает в музее.
— Ты не шутишь⁈
— И не думал. Завтра я собираюсь в музей, пойдешь со мною?
— Разумеется, любимый!
— Познакомишь меня со своим дядей.
— С супругом моей тети, маминой сестры, — с немецкой педантичностью уточнила Марта. — Разве ты с ним незнаком? Тогда откуда…
— Милая, не надо лишних вопросов. Познакомишь и сделаешь вид, что понятия не имела, что дядя Карл находится в городе.
— Слушаюсь, хозяин! — откликнулась она, копируя интонацию Юхана.
