Постарайся быть с ним любезной, как это умеют делать девушки твоего возраста, и ничего больше!
- Только не перестарайся! – добавил мрачный папа. – К тому же, Корнил Крауз неплохой менталист, поэтому я дам тебе амулет, чтобы он не проник в твои мысли раньше, чем надо.
Я собиралась было возразить, сославшись на то, что терпеть не могу Бастена, но передумала. Вместо этого согласилась и на амулет, и отвлекать его на завтрашнем приеме – ладно уж, переживу! – пока магистр Страут с верными друзьями не обыщет дом, после чего заглянет и на складские помещения Краузов, которых в городе насчитывались несколько.
Быть может, все-таки стоит рассказать этерийцу?
Но отец был категорически против, и уговаривать его оказалось совершенно бесполезным делом. Затем он узнал, что в его отсутствие я дважды встречалась с Арвидом Римерином, и еще то, что лиор приглашен к нам на обед, и у него окончательно испортилось настроение. Причем настолько, что он продолжал всячески показывать свой сложный характер, не стесняясь присутствия нашего гостя.
Правда, на тяжелейшие проявления папиного характера невозмутимый лиор Римерин не реагировал. Надо сказать, своей стойкостью он произвел отличное впечатление на маму, а то, что бабушка от него была в восторге, я поняла еще во время вчерашнего похода в театр.
Впрочем, первая половина обеда прошла вполне сносно, хотя я думала, будет куда хуже! Мы с мамой старательно сглаживали обстановку. Разговаривали на отвлеченные темы, не позволяя этим двоим скатиться в обсуждение политической обстановки, а затем и вселенской несправедливости (по мнению папы) – поражения Лургии в войне с Этерией. Наконец, я не выдержала и заявила Роберу, что его дело отправлено на пересмотр. Да, вот так!.. К тому же лиор Римерин оказался настолько любезен, что пообещал лично проконтролировать ход следствия. Вполне вероятно, папе вскоре вернут всю его собственность, и это будет крайне справедливо!
- А какое дело лиору Римерину до моей собственности? – нахмурился отец. – Не верю, что этерийцам вообще присуще чувство справедливости!
Я застонала, причем, не мысленно, а очень даже вслух. Эльсана закатила глаза, а бабушка потянулась за очередным глотком своего «лекарства».
- Уверен, вы еще многое обо мне не знаете, магистр Хартен! Но у вас будет достаточно времени, чтобы изменить свое мнение, – заявил крайне терпеливый Арвид Римерин, которого, подозреваю, начинала подводить даже его военная выдержка.
