— Знаю, сам сейчас прохожу процедуру переоформления, — кивнул Коля, не торопя и не подгоняя ее.
Но Леся не могла не заметить, что стоило упомянуть ее отца, и нечто изменилось в глубине глаз любимого. Он словно подобрался весь, хоть и продолжал рядом спокойно сидеть. И взгляд, будто стальным, отливать начал. А еще он точно буквально каждое ее слово впитывал.
— Я же во время учебы практику проходила в его компаниях, никуда больше меня бы и не пустили, ну и он заранее все с деканатом решал. Контроль — любимое слово моего отца, сколько я себя помню, — криво улыбнулась Леся, продолжив. — И после четвертого курса была в центральном офисе одной аграрной корпорации. Помню, меня дико удивило, что и тут у отца контрольный пакет, даже я не связывала его с этой компанией. Хотя там все мутно тогда было, и мне не особо позволяли разобраться, как ты понимаешь. Этот Максим и был у меня куратором, который напрямую отцу отчитывался. Ужасная практика! — аж передернуло, вспомнила те свои эмоции.
А Николай усмехнулся и, протянув руку, погладил ее колени, которые Леся подтянула под себя.
— Серьезно тебе говорю, он постоянно меня контролировал, не давал никакой инициативы проявить, высмеивал любые попытки разобраться с процессами. Женоненавистник! — поджала она губы, всмотревшись в чашку с кофе. — Вот правда, этот Максим из тех, кто считает, что место женщины — дома сидеть и детей воспитывать. Причем, зная, что и мой отец в таком же русле мыслил, он вечно давал мне понять, что моему мозгу не осягнуть глобальных потоков финансовых процессов в предприятии… Хуже того, еще и отцу постоянно на меня жалобы строчил в конце дня, что лезу, куда не нужно, пытаюсь разобраться в управлении. Так у меня же практика для того и была, а как он хотел?! — выплеснула то возмущение, которое, выходит, и за три года с лишком не перегорело.
И так согревало выражение безоговорочной поддержки во взгляде Николая!
— Я так понимаю, что у нас он не будет больше работать при любом раскладе. При таких-то убеждениях. Наша компания за гендерное равенство, — хохотнул Николай, явно принимая ее сторону, чем, против воли, заставил Лесю улыбнуться.
Хотя и то, что мужчина о чем-то серьезно размышляет, ощущалось явно.
— Хорошо, что я с ним так и не пересеклась. Он точно мог бы меня узнать, — запоздало занервничала, вдруг осознав, насколько все хрупко и подвержено случайностям!
Так и Мартынов может узнать, что Олеся живая… От одной мысли замутило!
Коля поймал ее ладонь и переплел их пальцы, мягко сжав, будто тут же уловил это, и теперь старался поделиться своим равновесием и силой.
— Мне вот интересно, насколько дотошно наши сотрудники, нанимая Максима, выясняли, где он ранее работал? Для меня новость, что он был с твоим отцом связан… Значит, и Стас не в курсе.