В лесу за массивным забором тихо стояла девушка, до этого не видавшаяся никому из окрестных домов. Николай сразу ее узнал — даже в темноте почувствовал знакомый силуэт. При этом зовок охранника Дана был скорее увещеванием к осторожности, чем запросом помощи.
— Я вот понял, что соскучился по огню, может, нам дома камин устроить? Как считаешь?
— Идея, кстати, шикарная, — искренне, несмотря на попытку девушек отвлечь, задумался Коля. — Если подумать, то и я не против у нас очаг соорудить. Что думаешь, ежик? — не дав угаснуть теме, согласился и он, а сам подмигнул Лесе, словно сейчас ни о чем, кроме камина, и не думал. — Разваляем половину столовой… Или перенесем-таки спальню на второй этаж, а в комнате на первом этаже как раз и сделаем отдельную гостиную с камином?
По сути, конечно, они просто заговаривали зубы, не позволяя своим женщинам и слова вставить, тут же начав прикидывать технические спецификации домов и возможность перепланировок под камин.
А вот Леся как захлопнулась, сжалась вся внутри. И на обсуждение почти не реагировала.
Коле такое ее настроение не нравилось.
Не в первый раз кольнуло внутри и виной за то, что его семья повинна в смерти ее родителей. И как бы Леся не относилась к отцу… Что ж, это не снимало с него ответственности, хоть и не он решение принимал, да и Стаса навряд упрекнуть мог в заказе Шусту. Впрочем, он всеми правдами и неправдами намеревался Лесе все, что в прошлом, компенсировать. Даже если и не планировал никогда открывать истину, да и не только его эта тайна.
Ради своей девочки Коля готов был сам навсегда в тень уйти, отказавшись от любой публичности.
"Ведь видел, как она сегодня расстроилась от того, что не пойдет на работу, хоть сама понимала, насколько этот вариант невозможен, хотя бы из-за того же Максима.
