В лесу за массивным забором тихо стояла девушка, до этого не видавшаяся никому из окрестных домов. Николай сразу ее узнал — даже в темноте почувствовал знакомый силуэт. При этом зовок охранника Дана был скорее увещеванием к осторожности, чем запросом помощи.
Черт! Ей от летнего солнца так тепло не было, как от этого его взгляда и голоса… Чуть не споткнулась на последнем шаге, совершенно потерявшись. А Николай тут же подхватил, обеими руками аккуратно сжав локти, крепко прижав к себе, видно, чтоб не упала… Карма у него такая, что ли, на ногах ее удерживать…
— Ты ведь помнишь, что я говорил, правда, Леся? Когда в следующий раз в моих руках окажешься — не выпущу больше. Моя теперь, — усмехнулся шире, разворачивая ее к дому. Потянул вперед.
Все, переступила порог. На его территории.
И закрывающиеся за спиной ворота, непонятным образом, веским аргументом для ее встревоженного, нервничающего сознания послужили, словно в подтверждение слов Николая.
Пора испугаться? Возможно… Хотя на чудовище или серого волка он меньше всего походил именно в этот момент. Слишком много тех Леся по жизни встречала, и ни у кого не видела настолько светлого и доброго взгляда, обращенного на нее. Реально появлялось непонятное и ничем не подкрепленное желание податься вперед и уткнуться в его грудь, позволив Николаю заботиться обо всем… Чувство защиты.
Но она не привыкла верить ни своим ощущениям, ни мужчинам в принципе. А раз так трепещет и душа, и сердце, оказывается, не утратившее наивности… Что ж, у нее есть эта ночь, вот и может сполна насладиться.
— Шампанское? — предложил Николай, стоило им переступить порог его дома.
Вино в самом деле стояло в ведерке со льдом на столике у самого входа. Там же имелись и бокалы. А еще пиала с фруктами, незабвенный угаданный брауни, нарезанный кусочками, и коробка конфет… Возможно, совпадение, конечно, но именно тех, которые Леся больше иных любила из шоколадных.
Вот теперь почему-то страшно стало. Он явно изучал ее дотошно и внимательно, и не ограничивался разговорами по телефону. Для чего?.."
"Но ведь вырваться уже не выйдет, он так и продолжал обнимать ее, крепко прижимая к себе. Не зло или жестко, даже ласково, пожалуй. Но так, как свое держат…
Наверное, имел право, ведь «купил» эту ночь… И должно было бы стать гадко от подобной мысли и от него самого… Вот только все в том, как мужчина держался и относился сейчас к ней, выводило этот договор за рамки хозрасчетных отношений, создавая четкое ощущение чего-то очень важного и ценного.
— Я не пью обычно, — покачала головой. — Очень осторожна с алкоголем, — вспомнилась ремарка Мартынова при нем. Напряглась против воли. — Тот вечер исключением был, расстроилась сильно… — глупо оправдаться попыталась.
