В лесу за массивным забором тихо стояла девушка, до этого не видавшаяся никому из окрестных домов. Николай сразу ее узнал — даже в темноте почувствовал знакомый силуэт. При этом зовок охранника Дана был скорее увещеванием к осторожности, чем запросом помощи.
Сама, как одержима им, всем этим мужчиной, необъяснимой необходимостью ему подчиниться, своим его тело сделать! Чувствует, как он вытащил презерватив из кармана, ртом уже до груди Леси добравшись, прикусил сжавшийся сосок, подбородком кружево бюста оттянув в сторону. Леся бёдрами его за талию обхватила, раскрываясь.
И захлебнулась стоном, когда он в ее тело одним резким движением ворвался.
— Почему с тобой так хорошо?! — будто упрекая, укусила за плечо, сама навстречу подавшись, потому что не врала — не было сил терпеть и тянуть.
И от жадно сжимающихся на ее теле пальцев не больно — до нового приступа дрожи сладко!
— Потому же, что и мне не нужен уже никто, кроме тебя, ежик мой! — низко простонал ей в искусанные губы Коля, такими алчными ударами члена врываясь в ее лоно, что никаких сил нет терпеть!
— Коля!!! — выгнулась дугой, упираясь затылком в стену.
Все тело затрясло, окатив жаром и судорогой такого удовольствия, что перед распахнутыми глазами звезды сверкают!
Нет сил вдохнуть, распахнутым ртом воздух хватает, а может только и дальше к нему сильнее тянуться, как растекаясь размягченными мышцами по сильному торсу.
Николай тут же ее подхватил, поцелуем последний воздух забирая. Отступил куда-то на два шага, развернувшись, у нее в голове как весь мир кружится.
Холодная простынь спину заставила мурашками покрыться. Тяжелое горячее тело сверху накрыло целиком, отрезая от всего мира. Мощные толчки в матрас вдавливают, а ей так потрясающе, что понимание себя потеряла где-то в этом ритме. Цепляется, держится за плечи Николая, и уже голос сорвала, потому что не стонет — кричит от удовольствия, на каждый толчок к нему прижимаясь, будто слиться хочет.
А Коле от этого только больше в кайф, кажется. Укусил ее вдруг за подбородок, низко застонав грудью так, что ей вибрация передалась, и с последним толчком словно их спаял телами, чем-то непривычно цельным делая…
Он принес ее в спальню, оказывается. Упрямый мужчина, целеустремленный…таки донес.
— Думала, у тебя на втором этаже спальни, — еще не до конца из-под него выбравшись, рассматривала в полутьме потолок и кусок зашторенного сейчас окна.
