Кремлевские звезды — читать онлайн бесплатно полностью

Делаю шаг и обнимаю, целую в шею, вдыхаю её запах. Тёплая со сна, ещё пребывающая в сладких грёзах, сама сладкая. От моего поцелуя она покрывается мурашками, и по её телу пробегает короткий электрический импульс.

— Что ты делаешь… — шепчет она, и я понимаю, что это значит. Это значит, продолжай, не вздумай останавливаться.

— Хочешь кофе? — тихо и хрипло спрашивает она, всё-таки пытаясь прекратить это дело.

Какой кофе, мы оба знаем, чего я хочу. Но не так, конечно же, не так это должно быть в первый раз… В общем, я соглашаюсь на кофе, а потом убегаю. А она идёт досыпать или думать обо мне, не знаю.

Когда я выхожу из подъезда, машина уже стоит. Я говорю ребятам, куда подъехать, а сам иду пешком на работу к дяде Гене. Пройти через двор быстрее, чем объезжать через полгорода.

На крылечке у опорного пункта стоят Рыбкин и Хаблюк. Он приехал покурить и поболтать с Геной. Я так понимаю, он каждый раз заезжает, когда случай выпадает.

— А, Брагин, — окидывает он меня строгим взглядом истинного блюстителя порядка.

— Здравия желаю, господа полицмейстеры, — приветствую их я.

— Господа в Париже, — хмыкает Хаблюк, вздёргивая нос. — Слыхал? У твоего дома вчера каратисты махались?

— Да ну? — удивляюсь я.

— Вот тебе и «да ну», — выразительно кивает он головой. — Живёшь и не знаешь. Вышел бы и разогнал, медалист мля, как ты умеешь. А то нам делать больше нечего, как убиенных по дворам собирать.

— А его что, грохнули что ли? — неприятно удивляюсь я.

— Не наглухо, но репу пробили палками на верёвке.

— Так он где сейчас, в больнице?

— В больнице, — отвечает Хаблюк с видом человека, который единственный во всём мире знает правду. — В трёшке.

Глаза у него чуть на выкате, красные, а сам он немного раздражённый.

— Так ты что, Михайло, в ночь дежурил и сегодня опять на службе? — сочувственно спрашиваю я.

Он некоторое время молчит, глядя на меня в упор, должно быть, соображая, возбуждаться или нет на моё панибратское обращение. Наконец, судя по всему, решает, что я в достаточной степени свой, поэтому проглатывает моё «ты». Тем не менее, отвечает свысока:

— Машину сдавать еду. А потом домой, пожру и спать упаду.

— Понятно, — киваю я. — И кто он такой, правда каратист?

— Да, леший его разберёт, правда или не правда. Допросют товарищи, вот тогда и узнаем, кто такой. Ладно, Аркадьич, поскакал я.

Гена не принимает участия в разговоре, перелистывая бумаги в картонной папке.

— Чего тебе, Егорка? — спрашивает он, когда Хаблюк уходит. — Опять на ужин звать будешь?

— Пока не буду, — улыбаюсь я.

— А чего так? Плохо себя вёл что ли? Недостойно?

— Достойно, дядя Гена, образцово даже, но я не про ужин сейчас и вообще не про еду.

— Нет? А про что? Про каратиста? Ты его что ли уделал?

— Нет, — не признаюсь я.