— Судя по возрасту ребенка, хозяева еще молоды?
— Да…
Видно было, что Мари как-то неохотно ответила на этот вопрос. Она даже поморщилась: похоже, что-то вспомнила, о чем ей вспоминать было горько и неприятно. Савелий заметил это и легко догадался, в чем дело.
— Что, хозяин приставал к тебе? — спросил он.
— И продолжает приставать… — У Мари даже сон прошел. — Как увидит, старается или ущипнуть за грудь, за бедро, или под юбку залезть. Жена не дает ему, что ли? — усмехнулась девушка. — А впрочем, она у него такая уродина, что, будь я мужчиной, ни за какие деньги на ней не только не женилась бы, но и лечь в одну постель не смогла… — Ее даже передернуло.
— Самая настоящая мегера.
— Значит, у них брак по расчету?"
"— Да, самый классический вариант: бедный, но умный клерк женится на дочери своего патрона, чтобы получить теплое местечко в правлении банка… — Мари покачала головой. — Эта Лаура разве не понимала, что Роже только деньги ее отца нужны? Ну сделал он ей ребенка, а теперь, когда почувствовал, что в банке крепко сидит, лезет под каждую юбку, оказавшуюся вблизи, ни одно» не пропускает.
— Откуда ты-то все знаешь? — удивился Савелий. — Ты же тут недавно.
— Да город-то маленький, все друг про друга все знают. Тем более о таких заметных людях, как Гвидон Роже. — Мари ехидно усмехнулась. — Мне, скажем, все сразу молочница выложила и еще предупредила: дескать, будь осторожнее — этот тип на все способен. Представляешь, он и ее пытался в постель затащить.
— Неужели нельзя было найти другую работу? — Савелию было искренне жаль девушку.
— Ли эту-то с трудом получила, — грустно ответила Мари, — хочу денег на учебу подкопить, я же еще ничего не умею, только по хозяйству управляться да с детьми сидеть. Помнишь, я тебе рассказывала, что у меня семья большая? Одних младших братьев еще трое! А у отца просить денег все равно что у братьев игрушки отнимать, понимаешь?
— Да, понимаю… — согласился Савелий. Его и впрямь беспокоила судьба Мари. — Но может, стоило бы тебе поговорить с этой Лаурой? Может, она на него повлияла бы?
— Какое там… — усмехнулась Мари.
— Однажды я не выдержала и попробовала ей рассказать… Видел бы ее глаза в тот момент! Так прямо мне и заявила: сама виновата! Да в конце разговора еще и добавила: если подобное повторится, то меня живо уволят.
Они замолчали. Савелий, как всегда, когда не в силах был помочь людям, испытывал злость.
Тут у него промелькнула мысль. Он внимательно, почти в упор взглянул в глаза Мари.
