Ночью, когда весь мир спит, героиня погружается в кошмарный бред от алкогольного застолья. Амёбочка на шпильках поджила, а боль мучительно рвётся к самому сердцу. Кровь противится каждому шагу и каждый глоток воды кажется тяжелее земли.
Похоже, «Крепкий орешек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как и обещал - в шесть вечера Александр Павлович стоял за порогом моей квартиры, чтобы помочь спустить вещи до багажника машины.
- И это всё? - удивился он, когда я вышла к нему с одной дорожной сумкой в руке.
- Ну, да. А что не так?
- Я думал, тут будет минимум два чемодана с платьями и туфельками, плюс отдельный саквояж с косметикой, - Александр Павлович держал мою сумку, пока я закрывала дверь квартиры на ключ.
- Мы же всего на четыре дня едем, а не на год, - улыбнулась ему и попыталась забрать сумку, которую он мне не дал.
- Я сам её донесу. Тем более, что теперь я точно не надорвусь.
Город провожал нас вечерней суетой, в которой кто -то спешил домой с работы, а кто-то уже навострил лыжи уехать за город на ближайшие выходные.
Минуя небольшую пробку, выехали за город, где словно была другая планета: отсутствовало освещение дороги, начался мокрый снег с сильными порывами ветра, что заставляли тонкие деревья склоняться к земле.
Внутри автомобиля было тепло и, довольно -таки, комфортно. Из динамиков тихо лилась музыка, позволяя расслабиться и откинуться на спинку сидения.
Его левая рука покоилась на рычаге коробки передач. Закатанный рукав белого свитера демонстрировал хитросплетение выделяющихся под кожей вен, что не могло не завораживать. Мужские руки - моя большая слабость."
"Только сейчас, находясь с ним наедине, когда не нужно было никуда торопиться и отвлекаться на работу, я, наконец, смогла его разглядеть и то, что я видела, мне однозначно нравилось.
Даже не смотря на то, что наши взгляды иногда пересекались, я не чувствовала неловкости. Мне было комфортно, словно подобного рода поездки - обычное явление для нас. Мы ещё даже ни разу не поспорили, хотя находимся в замкнутом пространстве уже больше часа. В кой-то веки, мы разговаривали на отстраненные темы, которые совершенно не касались работы.
