Вдали медленно плыл флаг ветра над покрытым снегом лесом, когда обозные ослов поднимали пыль. Сонные глаза крестьян прорезывались на мгновенные пробуждения при виде нового места жительства, которое ожидало их за горизонтом. Бледное девятилетнее личико мальчугана выглядело встревоженно, когда он помчался по направлению к обозу, его маленькие ноги летели с безумным бешенством.
— Так никто… все местные и будут… деревенские, да те, что в крепости, — Игран непонимающе взглянул на следователя.
— А что же ее семья? — Родан не понимал, почему ее родные не приедут поздравить женщину.
— Так родители леи, мир их праху, скончались давно. Сестра старшая, как вышла удачно замуж, так и прервала с бедными родственниками все связи. Вот только Ристана, да мы у нее остались.
— А как же мать покойного супруга? — Родан ничего не знал о том, что произошло с семьей Эрины.
— А что, лея Рэя? Она только рада была избавиться от неугодной невестки. Ей брак сына, поперек горла был. Она, поди, уж и забыла о лее, как только спровадила ее в поместье, — пожал плечами мужчина.
— Я понял, спасибо, что рассказал, — Родан отпустил мужчину и пошел в сторону деревни.
32
Уже прошло несколько дней, как лер Родан и магистр, покинули поместье Эрины. Зак, с малышней, под присмотром охранников, за эти дни, собрали почти весь урожай с фруктовых деревьев, чем сильно порадовали местных жителей. Даже не столько самим урожаем, а тем, что были под присмотром взрослых и не болтались под ногами, занимаясь делом.
— Саврос, у нас все готово к жатве? — Эрина проверила постройку для сушки снопов.
— Все готово, об инструментах позаботились Микел с Валерьяном. В этом годе хлебушек вышел на загляденье и на семена останется, и до следующего урожая продержимся. Лишь бы погода не испортилась. Гаврила говорит, все успеем и дома достроить и урожай вовремя соберем, а у него на это нюх, — староста поднял указательный палец вверх, да так и застыл. К дому старосты приближалась процессия, во главе с кричащей женщиной, которая гнала впереди себя девочку, хлеща ее по спине какой-то тканью."
"— Вы посмотрите люди добрые на эту дрянь! Да что же это?! Как же так можно?! И ведь чего учудила то?! Как я теперь перед старостой отчитываться буду?! Пригрела змеюку! Я ее кормлю, пою, а она мне гадость такую устроила!! И зачем я тебя пожалела только, на свою голову?! — Эрина переводила взгляд с женщины на девочку, которой было не больше десяти лет. Ее заплаканная и чумазая мордашка, с глазами на пол лица, болью отозвалась в сердце вдовы.
— А ну цыц! Что тут происходит?! — Саврос грозно взглянул на женщину, которая лишь сейчас заметила их с хозяйкой. И в последний раз опустила тяжелую материю на спину падчерицы. Та не ожидая удара, упала на колени, выставив впереди себя ладошки и проехав ими по земле.
