Вдали медленно плыл флаг ветра над покрытым снегом лесом, когда обозные ослов поднимали пыль. Сонные глаза крестьян прорезывались на мгновенные пробуждения при виде нового места жительства, которое ожидало их за горизонтом. Бледное девятилетнее личико мальчугана выглядело встревоженно, когда он помчался по направлению к обозу, его маленькие ноги летели с безумным бешенством....
Если что, пришлю к вам человека с сообщением, — Эрина улыбнулась и похлопала капитана по руке.
— Я в деревню, попрошу Габи глянуть на паренька. Может можно ему помочь, — Эрина не спеша отправилась в сторону деревни, не замечая прищуренного взгляда, следившего за ней, Родана.
— Лея, что-то случилось? — Эрина подошла к дому Рикона и к ней навстречу вышла Дора.
— Нет, все в порядке. Как Зак? — она увидела Габи, которая полола в огороде грядки.
— Слава Богине, убежал снова с коровами, с самого утра, — Дора бросила тревожный взгляд в сторону пастбища.
— Один?
— Нет! С ними теперь Рашим ходит… с ребятней… А вы?
— А я к твоей матери пришла, помощь мне ее нужна, — Дора кивнула и крикнула женщину.
— Добрый день, лея, — Габи утирала лоб платком.
— Габи, у меня к тебе дело. У нас парень… — Эрина бросила взгляд на удаляющуюся фигурку Доры.
— Он после того, как его мать сгорела в доме, перестал говорить. Я хотела спросить, можно ли ему помочь? — женщина задумчиво присела на крылечко.
— Давно не говорит?
— Где-то около месяца.
"— Парень этот, сын Германа, ну, того мужчины, который ранил Зака. Я решила, что ты должна об этом знать, прежде, чем дашь или не дашь согласие на его лечение. Я все прекрасно понимаю, и если ты откажешься…
— Не откажусь. Он, прежде всего человек. Странности судьбы… Он нашего чуть не убил, а я его сына… — женщина мотнула головой и хмыкнула, подтверждая свои мысли о превратностях жизни.
— Лея, вы не переживайте, мы же поговорили, все собрались и поговорили. Хоть и тяжело признавать, но знаете, что сказал Зак? ""Если хотите на кого-то злиться, то злитесь на меня!"" Я уверена, что не выживи он, все было бы по-другому…
12
Герман поверить не мог, что хозяйка назначила им такое наказание. Это же просто работа, за хлеб и за крышу над головой. В Баруне у них было куда больше работы и домой они приходили только под утро, а утром снова на работу. Их граф не желал расширять деревню, и людей не хватало.
А здесь, даже, несмотря на то, что работа тяжелая, но им положен отдых каждый час и стражи, которые здесь работают временно, постоянно ругают их, что ни Герман, ни Битек не желают отдыхать. Только Иржи иногда, нет-нет, да и присядет, но оно-то и понятно, он постарше их будет, но тоже не ропщет.
