В этой крепости надежды, герой выживает после страшных ранений и осознает, что его преступления повлекли гибель сотни людей. Он погружается в тяжелое молчание, оберегая свои мысли от болезненной правды, пока дождь не размывает последний остаток надежды на спасение.
Похоже, «Крепость надежды» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Более того — ты сам предложил отправить своих людей в Дикие Земли, чтобы они искупили твою вину перед королем. Ты хотел отправить преданных людей на верную смерть.
Я брезгливо поморщился. Мерзость. Бывший Корис был настоящей тряпкой и думал только о себе драгоценном.
— Пусть будет так, — жестко ответил я. — Но тот человек умер. Погиб на охоте, затоптанный кабаном.
— Ты хочешь сказать, что сейчас я сижу в компании с мертвецом? — усмехнулся священник. — Я не хочу тебя укорить или ударить в больное место, сын мой.
«Ага, куда уж смиренней, знаем мы таких», — пронеслось у меня в голове, но вслух я не сказал ничего.
— Я лишь хочу сказать, что сейчас передо мной сидит совсем другой человек. Жесткий. Умеющий принимать решения и брать на себя ответственность за других. Лидер. Таким был твой отец.
— Людям свойственно меняться, — неохотно буркнул я.
«Он и моего отца знал?»
— Конечно, сын мой, конечно, — согласно кивнул священник, пытливо смотря мне в глаза.
— Да? Значит, с топорами кидаться не будут? — невпопад буркнул я, вызвав тонкую улыбку на лице отца Флатиса.
— Не будут. Они молятся за тебя, сын мой. А про ту историю с Рикаром я знаю. Поторопились. Неужто я не замечу перевертыша рядом с собой? Прости их Создатель. — Священник раздосадовано махнул рукой и, чуть помедлив, добавил: — Ты сделал хорошее дело, спася детей из разгромленного поселения.
— А что, у меня был выбор?
— Выбор есть всегда, сын мой. Вопрос в том, какую дорогу мы выберем для своего пути. Ты мог просто оставить детей там и забыть об их существовании.
— Ну да, — сказал я. — Да за такое меня собственные люди на мечи подняли бы.
— Не думаю. Лишние рты в голодную пору? Ладно. Мы собирались узнать печальную историю Ксистеры — думаю, мы можем уверенно утверждать, что она именно печальная, — и немного отклонились в сторону.
— Вы правы, отец Флатис, — машинально ответил я, прокручивая в голове недавнюю беседу.
Старый хрыч! Священник слишком быстро переменил тему, так и не ответив на интересующие меня вопросы. Умен.
