В этой крепости надежды, герой выживает после страшных ранений и осознает, что его преступления повлекли гибель сотни людей. Он погружается в тяжелое молчание, оберегая свои мысли от болезненной правды, пока дождь не размывает последний остаток надежды на спасение.
Похоже, «Крепость надежды» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Похоже, скоро я останусь одна. Мне уже все равно. Сейчас я допишу эти строки и лягу, обняв Арселя. Он бредит и все зовет какую-то Мизельду, шепчет, что ему холодно, и просит укрыть теплым одеялом. Попытаюсь согреть его теплом своего тела. Я буду молиться за наши души, и все, что я прошу у Создателя, так это толь…»
Перевернув последнюю страницу, я убедился, что больше не написано ни строчки. Это была последняя запись урожденной графини Ксистеры Ван Лорк семнадцати лет от роду.
— М-д-аа… — задумчиво протянул я, закрывая потрепанный дневник.
— На редкость наивная девушка, — поддакнул отец Флатис и тут же поправился: — Была.
— А второй скелет, оказывается, принадлежал вовсе не Мортису, а некоему Арселю. Так что в этот раз вы немного ошиблись, святой отец, — не удержался я от соблазна поддеть святошу.
— Никто не безупречен, сын мой, — парировал отец Флатис и неожиданно спросил: — А перышко это не пожертвуешь на благо Церкви? Тебе особо ни к чему, а мне так в самый раз пригодится.
— Да? — недоверчиво буркнул я и, повертев в руках невесомое перо, все же пересилил себя и протянул его священнику.
— Благодарю, сын мой, — совсем не благодарным тоном сказал священник, и спустя миг магическое перо бесследно исчезло в складках его одеяния.
— Для Церкви ничего не жалко, — не менее фальшиво ответил я.
— Приятно слышать такое благочестивое рвение, сын мой, — нехорошо обрадовался священник, сверкнув очами.
— Э-э-э… — протянул я, лихорадочно прокручивая в голове варианты ответа — портить худой мир с отцом Флатисом очень не хотелось. — Обязательно построим, отец Флатис. Слово даю. Вот со стеной закончим и сразу начнем церковь отстраивать. Вы мне лучше вот что скажите: так или иначе мы натыкаемся уже на второй отряд поселенцев, но вот ведь совпадение — ни в одном из них священника не было.
