В этой крепости надежды, герой выживает после страшных ранений и осознает, что его преступления повлекли гибель сотни людей. Он погружается в тяжелое молчание, оберегая свои мысли от болезненной правды, пока дождь не размывает последний остаток надежды на спасение.
Похоже, «Крепость надежды» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мне надо много о чем подумать. Этой ночью я засну нескоро. Если вообще смогу заснуть.
* * *Рикар клялся и божился, что мы достигнем скалы еще до начала сумерек, и я ему верил. Травяная равнина способствовала быстрому передвижению, уже не приходилось покорно следовать изгибам лесной тропинки или терять время, обходя стороной высокие холмы. Теперь наш путь лежал только прямо.
Последний день пути.
Рикар по моей просьбе шел рядом с носилками — требовалось восстановить хотя бы часть знаний. Понять, кто я есть и что могу.
Сейчас я рассматривал ворох бумаг, имеющих к моей персоне прямое отношение, — небольшую тубу с документами вручил мне Рикар, объяснив, что получил их от меня на хранение.
В тубе нашлась и карта, начертанная на толстом пергаменте. В связи с плохой изученностью Диких Земель карта изобиловала белыми пятнами. Но все же лучше, чем ничего. Также на карте присутствовали различные отметки, значение коих мне было неизвестно.
— Подкова, — удивленно прочитал я. — Рикар, а почему Подкова?
— Я слышал, что гора очень похожа на огромную подкову, господин, — отозвался тот, разводя руками.
Я хмыкнул и отложил карту в сторону. Подкова. Смешное название для горы. Почему не «Пик Храбрости», например?
Перевернув тубу, я хорошенько встряхнул ее. Оттуда выпало еще несколько свернутых в трубки бумаг и небольшой тщательно завязанный кошель.
— Рикар, ты знаешь, что это? — показал я находку.
— Нет, господин, — ответил здоровяк, пожав плечами.
Поместив шарик обратно в кошелек, я достал лист бумаги и развернул его.
Первое сообщение следовало отправить незамедлительно по достижении нами цели путешествия.
