Автор
В лифте Гордон скромно отказывается от предстоящей вечеринки, но его партнерша быстро успокаивает, и вскоре они встречаются с Карен. Интересная дружба Гордона и Сары подводит к неожиданной встрече со сверхъестественной женщиной. Крещение огнем — это приключение, полное загадок и потрясающих открытий....
Возможно, наша реакция на его появление была бы другой, если бы мы узнали о его существовании раньше. Но мы этого не знали. Мы ничего не знали о женитьбе Маркоса. Рафаэля нам вручили, как посылку. У него были глаза Маркоса, и они обвиняли нас. Фелипе не мог в них смотреть.
— И тогда вы передали его Рамону и Люсии. — Саре стало плохо, настолько плохо, что она больше не могла этого скрывать. Теперь она поняла все. Люсия, жестоко униженная и брошенная отцом Рафаэля, и Рамон, неожиданно лишенный всего по милости племянника.
— Рамон согласился. Кому-то надо было позаботиться о ребенке, — извиняющимся тоном сказала донья Исабель, но не смогла выдержать напряженного взгляда Сары. Ее тонкие пальцы на перекладине напряглись еще больше. — Я все еще переживала из-за Тони. А Рафаэль заставлял меня чувствовать себя виноватой. Мне было легче отвернуться от него и притвориться, что его нет. Фелипе… он был уверен, что Рафаэль не сын Маркоса… но я-то знала… я знала, — пробормотала она упавшим голосом.
Сара поджала губы и медленно глубоко вздохнула.
Ее собеседница откашлялась.
— Когда мы поняли, что у них творится, — продолжала она уклончиво, мы отправили его в интернат. Нет, даже тогда мы не собирались искупать перед ним свою вину. Но он прекрасно учился. Он блистал по всем предметам. Он мог заниматься всем, чем угодно, и мог стать всем, кем угодно. Мы не могли его больше игнорировать.
— И что же произошло? — поинтересовалась Сара.
— Ребенком он рисовал на стенах, когда Люсия не давала ему бумагу.
Саре послышался намек, и ей стало не по себе. После продолжительной паузы она с трудом прошептала.
— Вы его хорошо понимаете.
Но бабушка Рафаэля уже не слышала ее. Донья Исабель крепко спала. Английская медсестра ждала за дверью. Сара извинилась за то, что переутомила ее пациентку.
— Донья Исабель сама устанавливает продолжительность своих аудиенций, — сухо заметила Алиса. — Я никогда не вмешиваюсь, если только у меня нет особых на то оснований.
