Вот тут у торговца, которого нашел не сразу (специфичный товар), я приобрел, как и хотел, четыре топливных реакторных стержня нужной марки, а у соседа – малый контейнер довольно неплохих пищевых картриджей к пищевому синтезатору на борту «Девчонки». Ну да, синтезатор стоит на месте в столовой, еще в пленке. Как и обещали, установили, а вот картриджей, чтобы его запустить, не было.
Эти картриджи есть четырех типов: «Д» самый дешевый и откровенно плохого качества, даже навороченные синтезаторы создают из них блюда, которые имеют резкий и противный привкус химии. Их для рабов покупают или для заключенных. Да находят, куда пристроить – тем, у кого выхода нет. Следующий тип «С» более приличный, но все равно считается картриджем низкого качества. Тип «Б» уже среднего качества, и именно этот тип предпочитают пилоты и экипажи разных судов. Именно их я целый малый контейнер и приобрел. Еще был тип «А», но он дорогой и используется богачами. Да и то редко, большинство держит личных поваров, но все равно эта линейка пользуется спросом.
Приобретя пару новеньких комбинезонов техника, тех самых, со встроенным скафандром, правда, пятого поколения (что-то шестого дороговаты), я вернулся на летную палубу орбитального терминала и вылетел с грузом обратно к своей «Девочке». Пока летел, размышлял.
Странная ситуация с Егором: тот, как вчера узнал, что у меня появилось второе судно, да еще среднеразмерное, как-то скис и оборвал со мной все контакты. Я не знал, что с ним, пытался выйти на контакт и вчера, и сегодня, но тот упорно не шел на общение, я и плюнул, не хочет – как хочет. Хотя через знакомых узнал, что с ним все в порядке, работает как обычно. Похоже, его поглотила самая настоящая зависть. Не выдержал все-таки. Вот такие дела.
Добравшись до судна, я мысленно на подлете связался с управляющим искином и приказал активировать открытие внешних створок ангара. Когда мы подлетели, те уже разошлись, что позволило нам влететь в ангар и встать там на опоры. Пилот челнока из рубки своего суденышка не выходил, оплату за доставку меня с грузом тот уже получил, так что, пригнав технического дроида (а он единственный, кто был активирован на борту и приписан к судовому искину, с остальными я еще не успел, другим занимался), я разгрузил челнок, после чего пилот вывел его из ангара, а я приказал закрыть створки.
Когда это произошло, я, прихватив стержни, направился с дроидом в реакторный отсек. Остальной груз остался в летном ангаре, мне пока было не до него. Пока мы шли, искин по моему приказу уже заканчивал глушение трех из четырех реакторов.