Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
Раздел Chitat.online для книги «Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Валерий Михайлович Карышев Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Это были Севка Колесник, на год моложе меня, и Сашка Савельев, годом старше. Ребята они были крепкие, и мы стали держаться друг друга.
Надо сказать, что к тому периоду в нашем дворе появился дядя Гера. Он был значительно старше нас. Ему было лет девятнадцать. Он уже имел две судимости и большую часть своей жизни провел в лагерях. Сначала это была колония для несовершеннолетних, потом его перевели в колонию для взрослых. Тогда дядя Гера получил уголовную кличку Лоб.
Дядя Гера держался обособленно от взрослых. Он старался дружить с пацанами – собрал вокруг себя небольшую группу людей, состоящую из моих однолеток восьми-десяти лет, и стал качать их пивом, а позже водкой, угощать сигаретами, рассказывал об уголовной романтике – о колонии, о лагерях. Тогда я еще не знал, для чего он все это делал. Нам казалось, что он сильный, большой и справедливый, что он имеет колоссальный авторитет среди пацанов. Но на самом деле дядя Гера создавал некую мини-банду из несовершеннолетних, которых в дальнейшем стал привлекать для квартирных краж, а позже – и для грабежей.
Но мы с Сашкой и Севкой откололись от них сразу. Мы больше времени проводили в секции. Тогда дядя Гера впервые послал пацанов к нам на разговор, сначала выдвинув ультиматум – с ним мы или нет, и если нет, значит, мы враги, – а затем пацаны побили нас, достаточно сильно и жестоко. Нас было только трое, а их в пять раз больше…
Когда я лежал на снегу и сплевывал кровь из разбитых губ, ко мне подошел дядя Гера и, схватив за волосы, спросил:
– Ну что, малек, ты с нами или нет?
Я отрицательно покачал головой.
– Ну, тогда пеняй на себя, – проговорил дядя Гера и ткнул меня лицом в снег. Почему-то я на всю жизнь запомнил его сильную руку с вытатуированными на ней мечами, которые обвивала змея. Может быть, от этого у меня и появилось отрицательное отношение к «синим» – блатным.
Потом, чуть позже, дядю Геру убили. Убили его же друзья, которые вернулись из колонии. И поползли слухи, что дядя Гера то ли у кого-то украл деньги, то ли кому-то был должен, то ли воровской общак растратил. В общем, его зарезали. Труп его валялся у стоящих недалеко от нашего двора сараев, которые люди использовали для хранения овощей, часа два, пока не приехали милиция, «Скорая помощь» и не увезли его.
Потом группировка, созданная дядей Герой, сама по себе распалась. Многих пацанов посадили – кого за кражу, кого за грабеж, кого за изнасилование, а одного – за убийство с особой жестокостью. Он нанес больше двадцати ножевых ударов пьяному мужику, который сделал ему замечание возле Дома культуры.
Так проходило мое детство. Когда я вернулся после армии, Сашка и Севка жили в городе. Сашка служил вместе со мной и вернулся на полгода раньше. Севка вообще не попал в армию.
