Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
Раздел Chitat.online для книги «Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Валерий Михайлович Карышев Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Криминальная история России 1995–2001 повествует о разворачивании событий вокруг Ореховской криминальной группировки и конфликтов за власть. История фокусируется на борьбе авторитетов, заказных убийствах и передела сфер влияния в период с 1995 по 2001 год.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мы ловили на себе восхищенные, уважительные взгляды. Видать, слухи, а может, и какие-то легенды о нас уже ходили в городе. Может быть, нам приписывалось и то, чего мы не совершали. Авторитет у нас был высокий.
В этот же вечер мы с Севкой сняли двух телок и привезли их к нам на квартиру.
Девчонкам было лет по восемнадцать, и, видать, кое-какой опыт они уже успели накопить. Одна из них, ростом повыше, с длинными, растущими чуть ли не из подмышек ногами, видать, подражая героиням американских фильмов, носила длиннющие ботфорты, доходящие до самых бедер, другая, наоборот, была укутана с головы до ног в плотной ткани красный балахон, отчего невозможно было понять, какая у нее фигура и есть ли она у нее вообще. Строго зачесанные со лба на затылок волосы ее собраны были в тугой смоляной узел. Она взглянула на меня черными как ночь глазами, где-то в глубине которых мерцал золотистый огонек, будто лампа в дальнем углу длинного глухого коридора.
После общения с московскими клубными фифами, разодетыми в шикарные заграничные меха и тряпки, девчонки нашего города вызывали снисходительную улыбку – выглядят поскромнее и одеты попроще. Не те масштабы!
Севка быстро накрыл на стол, справедливо решив, что прежде стоит накормить наших провинциальных жриц любви. Разумеется, он изо всех сил нагонял туману. Выставил банку черной и розетку красной икры, осетрину, где-то раздобытого копченого угря – что было невидалью для наших степных, но богатых водою краев. Открыв бутылку испанского коньяка «Марито», наполнил до половины четыре фужера. Выстрелила в потолок пробка черной бутылки «Мадам Клико», и золотистая темная струя смешалась с темно-коричневым коньяком в бокалах.
– Это называется «курсантское танго!» – торжественно произнес Севка. – С копыт не сваливает, но мозги туманит.
Наездница в ботфортах сразу махнула весь фужер, охнула, отчаянно тряхнула кудряшками и, в несколько движений освободившись от сапог и того, что их едва прикрывало, осталась в одних трусиках. Мощные ее груди воинственно уставились прямо на Севку, и он тут же поволок ее в кровать, на ходу освобождаясь от одежды.
Выбор был сделан. Доставшаяся мне монашка в дьявольском балахоне задумчиво тянула свой напиток, и по мере того, как опорожнялся фужер, золотистый блеск в глубине ее глаз становился все ярче, пока не разгорелся пожаром. Она отбросила на ковер пустую посуду, вялым движением распустила узел волос, тряхнула головой – и роскошная черная волна хлынула мне в лицо, погасила краски вечера. Я протянул руки ей навстречу, коснулся бархатистой ткани и ощутил под ладонями литые груши ее грудей, которые даже через прохладную ткань жгли мне кожу.
