Совсем рядом с шумными городскими вечеринками и скандалами я нашла спасение в просторных чайнях и заботливой кухне моей бабушки. Но когда лето приносит не только радость, но и опасность — от мелких угроз до серьезного преступления — мир вокруг меня рушится. В это суматошное лето я встречаю в своем доме настоящего криминального гения — и начинается игра между темной стороной мира и белым светом, когда правда несет за собой ни малейший шанс на выживание....
Хотя нет, сначала я снова позвоню в Управление культуры: вдруг Расторгуев уже вернулся на работу.
Я снова набрала секретаря.
– Алло, Оксана?
– Да, я слушаю вас, – отозвалась секретарь.
– Оксана, я недавно вам звонила по поводу Валентина Георгиевича, – напомнила я.
– Да, да, я вспомнила вас.
– Валентин Георгиевич вернулся? – с надеждой спросила я.
– Нет, к сожалению. Валентин Георгиевич звонил и сказал, что сегодня в Управлении его не будет.
– Понятно. Спасибо вам, Оксана.
– Да не за что.
Ну вот теперь точно надо отправляться в путь.
Я остановилась, не доезжая до трехэтажного дворца Расторгуева, и припарковала свою машину под большим старым деревом. Затем я стала выискивать способ проникнуть на территорию особняка.
И я его нашла. Через незаметную на первый взгляд маленькую лазейку мне удалось пробраться внутрь, минуя монолитный металлический забор.
И вот он передо мной: внушительный белокаменный особняк. Здесь ли находится сейчас Маргарита Старожилова? Почему-то эта мысль прочно засела у меня в голове.
Теперь надо было проникнуть в сам «дворец». Но сначала необходимо разведать обстановку, чтобы не нарваться на неприятности, которые непременно последуют, если меня застукают во время незаконного нахождения в чужом жилище. Парадный вход, само собой отпадал.
Минуя большой бассейн и теннисный корт, я обошла дом и обнаружила, что единственно возможный вариант попасть внутрь – это попытаться пролезть через узкое окно, потому что у него была приоткрыта фрамуга.
На удивление, пенек неожиданно легко поддался, когда я начала его раскачивать из стороны в сторону. С его помощью я добралась до оконной рамы и, подтянувшись, пролезла в узкий лаз, спрыгнув затем вниз.
Внутри было темно и тихо. Я прислушалась: где-то капала вода. Вытянув вперед правую руку, я коснулась кафельной плитки.
Начав спуск, я прошла почти половину этой лестницы, как вдруг услышала голоса. Я остановилась и замерла. Потом голоса стихли.
