Совсем рядом с шумными городскими вечеринками и скандалами я нашла спасение в просторных чайнях и заботливой кухне моей бабушки. Но когда лето приносит не только радость, но и опасность — от мелких угроз до серьезного преступления — мир вокруг меня рушится. В это суматошное лето я встречаю в своем доме настоящего криминального гения — и начинается игра между темной стороной мира и белым светом, когда правда несет за собой ни малейший шанс на выживание....
– Нет, то есть да… Кажется… В общем, я сказала вам, что убиралась на другом этаже, это правда. Но… в общем, я видела Константина Владимировича.
– Трегубенкова? – уточнила я.
– Да, это наш ответственный в театре за хозяйственную часть. Ну, и еще за что-то он отвечает.
– Хорошо, я поняла. Вы видели Константина Владимировича. Где вы его видели?
– Я видела, как он выходил из кабинета Владислава Григорьевича, – на одном дыхании проговорила Регина.
– Это точно был он, Регина? – на всякий случай уточнила я.
– Да, это был он. Сначала я тоже подумала, что, может, я обозналась, что, может, перепутала с кем-то. Но нет, на нем был костюм, в котором он последнее время приходил в театр, и вообще… ну, походка его и все такое…
– Ладно, но почему же вы мне сразу не рассказали об этом? Ведь это – важная деталь.
– Ну, не знаю.
– Может быть, вы испугались? – предположила я.
– Наверное, да, испугалась. Я подумала, что в дела руководителей… в общем, надо держаться от них подальше. Потом сама же и виновата будешь.
«Ну, что же, разумно. Как говорится, подальше от начальства, поближе к буфету, – подумала я, – эта истина универсальна, работает везде».
– И еще я подумала, – продолжала Регина, – что Константин Владимирович мог зайти в кабинет Владислава Григорьевича просто по какой-то своей надобности. Это же не преступление?
– То есть вы, Регина, подумали, что приход Трегубенкова в кабинет директора никак не связан с убийством? И поэтому вы ничего не сказали мне несколько дней назад?
– Ну, в общем, да.
– Я поняла вас, Регина: вы решили молчать о том, что вы видели Трегубенкова выходящим из директорского кабинета.
– Ну, я думала-думала и решила все-таки сначала поговорить на эту тему с самим Константином Владимировичем.
– Вот как?
– Да. Я думала так: вот позвоню ему сейчас, попрошу, чтобы он пришел в театр, поговорю с ним и все выясню. Если он подтвердит, что заходил в кабинет Владислава Григорьевича по своим служебным делам, то я успокоюсь.
