Автор
По утрам, золотистые лучи солнца медленно пробирались сквозь тонкие занавески в окнах одной из палат частной больницы «Филлипс Мемориал Хоспитэл». Здесь жили пациенты, их судьбы были переплетены линиями убийств и мст. Каждое убийство разрывает жизнь многих людей, будто камешек в пруду - вызывая множественные отражения на поверхности воды....
— Разве вас не было в кабинете? Разве она не вам передала упаковку? — спросил Эллис.
— Упаковку она передала мне, — сказал Бисэн. — Но я не могу сказать, была ли это та самая упаковка, которую я положил в мешок. Я хотел бы пояснить следующее: для того чтобы сохранить упаковку в целостности, я заклеил ее лентой, снаружи прикрепил бирку, на которой написал, что именно находится в упаковке. Когда упаковку доставили мне, лента была разрезана, сама упаковка раскрыта. Поэтому я не знаю, заменили ли содержимое упаковки или нет?
— Предметом, который вы завернули в упаковку, был револьвер, не так ли?
— Да, сэр.
— Револьвер системы «Смит энд Вессон», 38-го калибра.
— Да, сэр.
— Это был тот самый револьвер, который вы взяли в кабинете господина Мейсона?
— Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть использован против меня.
— Хорошо. Теперь вернемся к вашей встрече с обвиняемой, — продолжал Эллис. Разве ваш визит в кабинет господина Мейсона, не был следствием чего-то рассказанного вам обвиняемой?
Бисэн колебался.
— Разве это не так? — настаивал Эллис. — Отвечайте на вопрос.
— Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, поскольку ответ может быть использован против меня.
— Если суд позволит, — заявил Эллис, — совершенно ясно, что свидетель пытается использовать свои конституционные права даже тогда, когда для этого у него нет никаких оснований. Может быть, это справедливо, когда речь идет о его вторжении в кабинет господина Мейсона. Что же касается его разговора с обвиняемой, то он носил не частный характер, и тут ничего не может быть использовано в ущерб интересам свидетеля.
— Можно мне высказать свое мнение? — спросил Мейсон.
— Конечно, — ответил судья Фэллон.
— Если допустить, — сказал Мейсон, — что обвиняемая и свидетель вступили в сговор, чтобы вынести вещественное доказательство из моего офиса, тогда это действие может составить отдельное преступление — преступный сговор. Вынос револьвера — одно дело, вступление в сговор совершенно другое. То и другое являются преступлениями.
— Вы мелочный человек и педант, — вмешался Эллис."
"— Совсем нет. — возразил Мейсон, — когда вы возбуждаете дело против какого-то человека, вы указываете максимальное число пунктов, по которым его можно привлечь к ответственности. Таким образом, в данном случае он будет виновен и в преступном сговоре, и в похищении оружия. Затем вы будете пытаться уговорить присяжных заседателей вынести обвинительное заключение по каждому пункту.
