Автор
По утрам, золотистые лучи солнца медленно пробирались сквозь тонкие занавески в окнах одной из палат частной больницы «Филлипс Мемориал Хоспитэл». Здесь жили пациенты, их судьбы были переплетены линиями убийств и мст. Каждое убийство разрывает жизнь многих людей, будто камешек в пруду - вызывая множественные отражения на поверхности воды....
Затем он тихонько пробрался в дом Гарвина, хладнокровно убил его, дважды нажав курок и всадив две пули в голову спящего человека.
Затем этот человек положил револьвер, с помощью которого был убит Гарвин, в сумку Аделлы Гастингс и оставил ее в моем офисе, организовав дело таким образом, что у Джерти, моего сотрудника по приему посетителей, не появится сомнений, что это была Аделла Гастингс.
— Почему нельзя было сделать это до обеда? — спросил судья Фэллон.
— Потому что физически это невозможно сделать до обеда, — ответил Мейсон.
— Почему? — спросил судья Фэллон.
— Давайте разберем условия, необходимые для совершения убийства. Убийцей мог быть только человек, знакомый с делами фирмы, хорошо знавший порядки в доме Гастингсов, и он должен был где-то работать.
— Вы исходите при этом из тех трех временных критических периодов, о которых упоминали ранее? — спросил судья Фэллон.
— Вот именно, — ответил Мейсон.
— О, послушайте, ваша честь, — вмешался Гамильтон Бергер.
— Минутку, господин Бергер, — остановил окружного прокурора судья Фэллон. — Я выслушал вашу версию, но меня очень заинтересовали рассуждения господина Мейсона.
— Учитывая обстоятельства, при которых была оставлена сумка в моем офисе, соучастником преступления, очевидно, должна была быть женщина, хотя убийцей был, вероятно, мужчина.
Это сужает круг соучастников до трех человек, — продолжал Мейсон, — Это Элвина Митчелл, секретарь адвоката Баннера, Минерва Гастингс или Розали Блэкберн, секретарь Симли Бисэна.
Должен вам признаться, что когда я рассматривал каждую из этих трех женщин, то сначала мой выбор пал на Розали Блэкберн. Затем Хантли Баннер сообщил мне, что он направляет мне некоторые документы со своим секретарем, которая, однако, отказалась идти в мой офис. Меня это заинтересовало, но в то время я не придал данному факту должного значения.
Но когда здесь в суде показания по завещанию стал давать Хантли Баннер, а не его секретарь, меня это очень удивило.
Поэтому, — продолжал Мейсон, — я попросил Джерти вместе с другой женщиной сесть на место для присяжных заседателей. Когда Элвина Митчелл была очень возбуждена и не контролировала свои действия, я попросил ее передать темные очки моей сотруднице по приему посетителей, не показывая, где она сидит. Мисс Митчелл передала очки Джерти.
