Воздух в помещении замерцал миллионами искр, задрожал, как в летний зной, в нем появились крохотные радуги, складываясь в красивый волнистый узор. Затем из угла в угол побежали световые вуали, напоминающие северное сияние, ушли в стену, а свет вдруг облаком собрался в центре комнаты, в то время как в углах сгустилась темнота.
Испуганно вздрогнула Лилия.
– Что это?!
– Прекрати, – недовольно бросил Утолин. – Доиграешься, что нас засекут. Не волнуйся, Лиля, он просто покачал границы интерференции и дифракции света. Поэтому вокруг задатчика-компьютера фотоны света концентрируются, а у стен поглощаются.
– Я даже могу направить все молекулы воздуха в одном направлении, – похвастался Лаврик. – Да и не только воздуха.
– Остановись наконец! – твердо сказал Утолин, встряхнув его за шиворот. – Доэкспериментируешься, что дом рухнет! Выключай машину, будем держать совет… – Он не договорил.
С первого этажа донесся глухой удар, от которого вздрогнул пол комнаты.
Мужчины переглянулись, вслушиваясь в поток шума, заструившийся по первому этажу здания.
– СНОС! – догадалась Лилия.
– Я же предупреждал! – сквозь зубы проговорил Утолин.
Кирилл дернулся было к двери, доставая из-под ремня пистолет, но капитан остановил его:
– Нет смысла начинать драку. Мы все равно от них не оторвемся, даже если всех замочим.
– Но там Софья Алексеевна…
– Она отправилась в церковь. Надо уходить. Лавр, крути свою машину.
– Куда нас отправить?
– Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
Пальцы Лаврентия забегали по клавиатуре компьютера. В тот момент, когда в коридоре второго этажа послышались по-хозяйски уверенные шаги множества людей, свет в комнате померк окончательно, огромная мягкая лапа сграбастала находившихся в ней беглецов и швырнула в глубокую бархатную черноту.
Вскрикнула Лилия, вцепившаяся в руку Кирилла. Да и сам он задержал дыхание, как при падении в воду. Однако это ощущение длилось всего одно мгновение.
Тьма вокруг рассеялась, и потрясенные беглецы оказались на вершине гигантского айсберга, торчащего из воды возле необозримой ледяной стены в окружении двух десятков таких же ледяных гор с плоскими вершинами. Кое-где на их крутых боках были видны черные точки и закорючки. Приглядевшись, Кирилл понял, что это птицы и пингвины.
– Антарктида! – не веря самой себе, прошептала Лилия. Зажмурилась, потрясла головой."
"– Первую попытку следует признать удачной, – прокомментировал Утолин это открытие. – Я боялся, что нас выбросит куда-нибудь в пустыню. Однако тут холодно, господа ПН-десантники. Не знаю, чем руководствовался наш уважаемый программист, бросая трек к берегам Антарктиды, но я бы предпочел более теплый и уютный уголок.
– Я тоже, – содрогнулась Лилия.