Автор
Кристина шла по тропинке между деревьями, чувствуя себя безысходной и потерянной. Ее душа была наполнена страданием и разочарованием, каким-то странно жестоким и непостижимым образом. Это место — последнее убежище перед лицом грядущего безумия. Кристина не знала, куда еще повернуться за поддержкой, когда все вокруг выглядит сквернее, чем она уже привыкла думать....
Спустя положенное время, я, приняв душ после долгого дня, вошел в кабинет, запахнув на себе халат. Тот самый: испорченный, но воскресший. Усевшись за стол, хотел уже вызвать кого-то, чтобы сделали мне кофе, но тут Кристина явилась сама.
— Можно? — спросила она, вставая в дверях и изображая оробевшую девушку.
— Входи. — Я поманил ее ближе. Показал на кресло перед столом.
Пока она усаживалась, я не мог отвести взгляда от изящной фигурки. Такой хотелось обладать. Сначала на этом вот самом столе. Потом на диване у окна, дальше можно переместиться в душ и…"
"— Вы хотели меня видеть, — не подозревая о ходе моих мыслей, напомнила горничная.
Она сцепила перед собой пальцы и боялась взглянуть в мою сторону. Это раздражало. Разве я мало сделал для нее? С чего бы ей бояться теперь? Или она так играла со мной? Тогда должна была намеренно вызывать во мне желание и интерес, но как узнать это наверняка?
— Пока вы болели, у нас произошли некоторые изменения, — тем временем начал говорить я. — Вы могли уже заметить, что я оставил Михаила.
— Да, вы прекрасно постарались при подборе персонала. Вторая горничная, Лидия, просто идеально подходит для этой работы. Но и я стараюсь не отставать от нее.
— Вы молодец. — Я поощрительно кивнул и поднялся. Направился к ее креслу, встал рядом, опершись бедрами на стол. Очень близко от Кристины.
— Ваш сын все еще ходит в сад, я оплатил сразу несколько месяцев авансом — это было обязательное условие для его принятия в группу.
— Что вы! Это… невероятно щедро с вашей стороны, и я все не могу представить, как буду с вами расплачиваться. Ведь зарплата горничной явно на такое не рассчитана. И я…
Она растерянно осмотрелась, вздохнула решительно и поднялась, оказавшись напротив меня. Хрупкая, красивая и отчужденная.
— Я… Вы меня сюда позвали… Это как тогда? Вы хотели, чтобы между нами что-то произошло?
Не веря своим глазам, я моргнул.
— Такое ощущение, — сказал я вслух, — что вы меня боитесь. И полагаете, что я собрался брать силой ту, что трясется от одного моего вида. Я что, такой монстр? Или отец Макса вас обижал, Кристина?
— Что? — Она покраснела. Ей-богу, школьница. — Нет, меня никто не обижал.
