Автор
В далекой стране Советского Союза после войны началось празднование первого Кристианских Рождественских дней. Разукрашенная ель висела в уютных коридорах магазинов, как чужеземный обычай от Петра I, то разрешали, то запрещали... В первые годы СССР новогодние украшения еще были запретлены, но Рождество наступило, и страна озарилась праздничным светом....
Ей, кстати, уже двадцать восемь лет, хотя о возрасте женщины публично говорить не принято, – и он хихикнул, сально поглядывая на крошечную женщину.
Я же стоял столбом, не сводя с нее глаз. Она видела это, и щеки ее вспыхнули пунцовыми розами.
– Она случайно попала в Алексеевку, там ее Андрей и вычислил. По фотороботу больших трудов это, как сам понимаешь, не составило. Потом привез ее сюда, – заливался соловьем Борис. – Самое забавное, что по паспорту она действительно Ангелина – Ангел, то есть. Сечешь, Макс? Вот вам и девочка, и ведьма, все в одном флаконе.
Лилипутка молча продемонстрировала мне парики, всевозможные маски со сморщенной и обожженной кожей, как у Фредди Крюгера.[4] Все становилось на свои места.
– Ладно, – удрученно произнес я, потом спохватился: – А как ты на коляске, без ног, умудрился Бояринова завалить? Зимой, да еще в лесу! Он ведь тоже не пальцем деланный, да и ствол почти всегда при нем!
Борис многозначительно усмехнулся, и я почувствовал, что наступил кульминационный момент.
Потом мнимый инвалид прошел уверенным шагом по комнате и остановился:
– То же самое и с проказой. Не дай бог вам, ребята, в самом деле этой дрянью заразиться.
Я молчал, хмуро кусая губы. азиться. ки ее вспыхнули пунцовыми розами."
"– Короче, мое дело предложить, твое – подумать. Главное – ты помог друзей сюда привезти. Может, у тебя, конечно, затмение памяти было: я не знаю, да и знать не хочу.
