Даша тяжко вздохнула, полистала его паспорт, бросила на стол:
— У меня профессиональные рефлексы зудят при виде вашей липы…
— Простите? — вежливо произнес Мазур.
— Вам не кажется, господа хорошие, что вы себе чересчур много позволяете?
— Почти согласно классику, — сказал Мазур. — Совершенно не вижу, почему бы благородному дону…
Она вновь вздохнула, поджала губы:
— А они, — мотнула она головой в сторону двери, — вас могут и в самом деле посадить до выяснения всех моментов. Или за плюху сержанту. Имеют полное право, а я над ними не начальник…
— Интересная прелюдия, — сказал Мазур. — Вы, часом, меня не вербовать ли собираетесь?
— Если честно, хотелось бы… — созналась она. — Только, судя по вашему спокойствию, не дадут проявить здоровые звериные инстинкты ни мне, ни кому-то еще… А? Была подстраховочка? И сейчас выручатели нагрянут?
— Никого я не убивал, — сказал Мазур.
— Не верю я вам, — сказала она столь же искренне. — Могли и пристукнуть. Знаю я вашу контору… Учёна.
Мазур промолчал. Уверять ее, что он не имеет, в общем, отношения к глаголевской конторе, было, во-первых, несолидно, во-вторых, просто смешно. Не поверила бы. Он бы на ее месте ни за что не поверил.
— Ну, посадите меня, — сказал он. — Кто ж тогда в воду полезет? Вас тоже отчего-то страшно интересует, что там, под водой… Между прочим, у нас завтра по плану спуск к «Вере». И вы, насколько помню, опять с нами плыть собираетесь…
— Пальчики у вас снять, что ли? — спросила она задумчиво. — Здесь все необходимое есть.
— Зачем? — пожал плечами Мазур.
— Ну, может, всплывет что-то интересное, буду хотя бы знать, можно ли вас привязать к каким-то прошлым непоняткам.
Мазуру эта идея страшно не понравилась — всплывали не так давно его пальчики в Шантарской губернии при весьма пикантных обстоятельствах…
— А музей, случайно, не вы спалили? — поинтересовалась она.
— Ага, — сказал Мазур. — И патриаршую ризницу в восемнадцатом тоже я ограбил, неужели моего почерка не просекаете? — Он пожал плечами и спросил мирно: — Даша, чего вы от меня, собственно, хотите?
Она досадливо отмахнулась:
— Да ничего я не хочу от вас конкретно. Что с вас персонально взять, с пешки? — Похоже, она и не пыталась его оскорблять, просто думала вслух. — Просто злость берет… — Она резко повернула голову, прислушалась, печально ухмыльнулась: — Ну вот, спасательная команда прибыла, клянусь честью…"
"Мазур напряг слух и тоже различил в коридоре взвинченный тенорок мэра, что-то вещавшего громогласно и раздраженно. В следующий миг в кабинет, показалось, вторглось невероятное количество народа, там сразу стало тесно.