— Кто?
— Некий Осетров Илья Михайлович, из четыреста пятнадцатого номера. В анкете приезжающего обозначен туманно — юрисконсульт. Прописка московская.
— Первый раз слышу, — сказал Кацуба.
— Утонул в ванне, сердце, должно быть, прихватило, вот и захлебнулся… А про пожар тоже не слышали? Нет?
— Мы так рано ушли из гостиницы…
Она резко развернулась к нему:
— Интересно, почему вы решили, что пожар был именно в гостинице?
— Вы же мне не дали закончить, — с обаятельной улыбкой сказал Кацуба. — Слишком рано ушли из гостиницы, уехали в порт, потому и не представляем, что там еще в городе стряслось…
— Изящно, — признала она.
— Ну, мы же тоже не лаптем в лоб стукнутые…
— Верю, — согласилась она. — А слышали бы вы, как энергично выражается о вас капитан Жечкин…
— Милейший человек, — сказал Кацуба."
"— Ага. Руки у него чешутся взяться за вас со всем рвением.
— А не коротки ли руки? — небрежно бросил Кацуба.
— Только бы вам не заиграться… Посмотрите, вы, по-моему, попали на зубок прессе…
Мазур повернулся к иллюминатору. Машин у трапа прибавлялось — теперь там появился еще и старый желтый автобусик с какой-то эмблемой на боку. Эту эмблему Мазур уже видел где-то… ага, заставка местной телекомпании.
Часовой угрюмо шуганул новоприбывших. Они отошли подальше и принялись за работу — женщина в длинном сером пальто принялась что-то проникновенно вещать в микрофон под прицелом направленной на нее камеры, еще двое просто стояли, пялясь по сторонам, у обоих висели на шее фотоаппараты.
— Местное телевидение, — пояснила Даша. — А остальные — газетчики. Один из Шантарска, второй из Москвы. Остальные еще не подтянулись, но если даже не появятся, непременно придут по вашу душу в городе. Вы становитесь здесь чертовски популярны…
По палубе вереницей прошли пограничники, стали сходить на берег. Вошел капитан — невозмутимый, уверенный, — развел руками:
— Извините, пришлось принимать гостей…
— Отделались?
— Помилуйте, что у нас можно найти…
— Вот и прекрасно, — сказал Кацуба. — Пошлите кого-нибудь побыстрее убрать трап, пока эти архаровцы не полезли на борт…
— Я уже распорядился.
Действительно, появились два матроса и в авральном темпе принялись убирать трап — к великому разочарованию журналистов, и в самом деле решивших было идти на абордаж.
— Инструкции прежние? — спросил капитан.
— Отходим, — кивнул Кацуба.
Глава семнадцатая
Морская кадриль
Мазур задумчиво смотрел на щит с приспособлениями, на казенном языке именовавшимися «спасательными средствами». Он уже давно уяснил, что на «Морской звезде» во всем стремились если не достичь идеала, то максимально приблизиться к нему.